Александра. Большая игра. (книга вторая)
Порфирородная Цесаревна Трапезунда, Византии и Рима, Порфирогенита Александра. Королева Ливонии и Великая Княгиня Московская. Из старинной имперской династии Комниных Великих. Потомок легендарных Нибелунгов. Возлюбленная супруга Великого Князя Московского Василия Третьего. Мать наследника Московского престола. В прошлой жизни, студентка военно-медицинской академии Вознесенская Александра Вячеславовна, она же член сборной России олимпийского резерва по стрельбе из лука. Попав в начало 16 века неведомым путем она и её подруга Елена начали ломать историю, выстраивать её под себя, где-то мягко, а где-то жёстко, даже кроваво. Александра начала большую европейскую игру. И в этой игре ставка больше, чем жизнь.
Великий князь кивнул, давая понять, что принял поздравления. Поднялся по ступенькам крыльца. Опустился на корточки. Смотрел на дочь.
— Дашенька, иди ко мне. — Сказал он. Дарья прижалась ко мне.
— Дашенька, это папа твой. Иди к нему. — Я чуть подтолкнула девочку. Даша сделала первый шаг к отцу, потом второй и вот она в руках Василия. Обхватила его за шею. Он её поцеловал, прижимая к себе. После посмотрел на меня.
— Ждала меня, Саша?
— Ждала, Васенька. Сыночка нашего сберегла. Наследника твоего. Себя блюла. Истосковалась по тебе так, что сил моих больше нет.
Он подошёл ко мне совсем близко.
— Вась, поцелуй меня, пожалуйста. — Попросила его.
— Сашенька, а разве это не потеря чести, что Великий Князь будет прилюдно целовать Великую Княгиню?
— А в чём потеря чести? В том, что твои подданные будут видеть, как хозяин земли Русской любит жену свою? А может не надо скрывать это? Пусть видят. Смотрят и радуются вместе с нами. Ты же соскучился по мне?
— Соскучился, Саша. Во сне тебя видел постоянно. Истосковался по тебе. Какая же ты у меня красавица.
— Ну так любуйся. А ещё лучше поцелуй меня. Здесь и сейчас, Государь мой.
Я взглянула на Дашу, что сидела на руках у отца. Она смотрела на Василия недовольно, словно хотела сказать: «Папа, ты чего тормозишь? Поцелуй маму!» Василий усмехнулся. На правой его руке сидела дочь. Левой он обнял меня и наши губы соединились. Мы с ним долго стояли и целовались. Я не могла оторваться от его губ, а он от моих. Все, кто был рядом, сделали вид, что они ничего не видят и вообще не при делах. Он оторвался от моих губ, улыбался.
— Саш, я дома.
— Дома, Васенька мой. Баньку уже истопили. Ждёт тебя. Если разрешишь, сама тебя попарю.
Он засмеялся.
— К тоже от этого откажется? С удовольствием приму это, что ты сама меня парить будешь. Обещаешь, Великая Княгиня Московская?
— Обещаю, Васенька.
Василий поставил дочь на ножки. Выпрямился.
— Саш, дай сына подержать.
Сунула ему свёрток с малышом. Сама забрала к себе Дашку. Василий стоял, держал сына на руках. Умильно улыбался. Костик смотрел на отца большими глазами. Василий поцеловал его в лобик.
— Сын мой. Наследник мой. Чадо моё.
— Твоё чадо, Васенька. Ни чьё другое. Костик себя хорошо чувствует. Есть хорошо, спит. Пока ему этого достаточно. Дальше будет сложнее. Учителя ему нужны будут.
— С этим я решу, Саша. — Держа сына на руках, обратил внимание и на Вячеслава с Андрейкой. — Здрав будьте боярычи! — Поприветствовал он их. Я усмехнулась. Мальчишки поклонились Василию.
— Здав будь Госудай! — Ответили, отчаянно картавя мальчишки в унисон. Василий усмехнулся. Раздался смех среди бояр.
— Васенька. Не боярычи они, княжата. А Слава принц Ливонский.

















