Александра (СИ)

— Глеб, — испуганно выдохнула Саша, пытаясь удержать мужа.

— Алекс, Дэн, сюда! — закричала она, понимая, что не справляется.

Подбежавшие охранники подхватили безвольное тело своего альфы, а Метельский быстро набрал номер Нелидова.

— Бор, мы сейчас подъедем, Глеб опять потерял сознание.

И, уже обращаясь к мужчинам: — Укладывайте его в мою машину.

Через пару минут, внедорожники Метельского и охраны сорвались с места и понеслись по лесной дороге. В клинике их уже ждали. Саша с тревогой проводила глазами каталку с мужем, которую увезли в одну из процедурных, и прислонилась к стене.

Время шло, а вестей все не было.

Девушка обеспокоенно расхаживала по коридору, останавливаясь ненадолго у окна, и снова возобновляла ходьбу вдоль палат, с волнением ожидая результатов обследования. У нее не укладывалось в голове, как Глеб мог довести свой организм до такого. Муж никогда не допускал и малейшей слабости, а сейчас, она узнала, что это уже не первый его обморок, и Нелидов, оказывается, давно уговаривал племянника пройти обследование.

Через час Борис Анатольевич разрешил ей навестить мужа.

А еще через некоторое время, пожилой врач вошел в палату и поставил своего пациента в известность, что он везунчик и баловень судьбы.

— Вот, скажи мне, как ты умудрился выжить с осколком снаряда в теменной кости, да еще и проносить его столько лет?

— Ты о том ранении?

— Да, Глеб. Сколько раз я просил тебя пройти обследование? Но ты ведь у нас бесстрашный… Вот, и дотянул… Значит так. Операцию я назначил на завтра, все необходимое мы подготовим и с утра, перекрестясь, как говорится…

— Ты уверен, что эта операция нужна?

— Ну, если не хочешь оставить Александру вдовой, то — да.

Разумеется, Нелидов преувеличивал, рассчитывая больше на Сашу. Уж она-то сможет убедить упрямого мальчишку хоть в этот раз отнестись к своему здоровью серьезно.

— Глеб, не упрямься, — вмешалась девушка, видя, как сошлись на переносице брови мужа.

— Советую прислушаться к жене, — кивнул Нелидов, — иначе, я ничего не обещаю.

Остаток дня Саша провела с мужем, только ненадолго вернулась домой, покормить детей и оставить им «еду» на ночь, а потом снова вернулась к Глебу.

Утром Оборскому сделали операцию.

Те несколько часов, что прошли в неизвестности, стоили Саше больших усилий. Она пыталась сдерживать волнение, понимая, что нельзя раскисать, что Глебу нужна ее поддержка и помощь, но внутри, нет-нет, да и проскальзывал противный страх, нашептывающий, что мужу станет хуже, что он не выживет. «Он же оборотень, он обязательно справится. И он нам нужен. Мне, детям… Он никогда не сможет нас оставить» — уговаривала она саму себя. Нервно расхаживая перед операционной, Саша ни на кого не обращала внимания.