Дикая война

* * *Остро заточенное тонкое шило с едва слышным скрипом прочертило по подсохшей глине очередной штрих, и Мишка, тяжело вздохнув, устало потянулся. Готово. Теперь готовую матрицу нужно было как следует высушить, чтобы при заливке не треснула. Встав, парень с высоты собственного роста оглядел полученный результат и усмехнулся."

"— Хоть и не художник, но могём, — проворчал он и тут же оглянулся, услышав шуршание открывающейся двери.

В комнату заглянула любопытная мордашка Танюшки, а за ней едва заметной тенью маячила фигура Насти. Понимая, что девчонки помирают от любопытства, Мишка усмехнулся и, отодвинув инструменты, позвал:

— Заходите, кумушки. Вижу же, что не уймётесь, пока не узнаете, что делаю.

Танюшка озорно блеснула глазёнками, а Настя заметно порозовела, но осторожно шагнула в мастерскую. Подхватив дочку на руки, Мишка сел на место и, указывая на получившуюся матрицу, принялся объяснять:

— Вот сейчас я эту штуку положу в печку и буду долго сушить. Потом, когда она станет твёрдой, как камень, буду отливать форму.

— Тятя Миша, это ты рисовал? — удивлённо уточнила Танюшка.

— А разве в доме кроме нас ещё кто есть? — делано удивился Мишка.

— А мне картинку нарисуешь? — тут же последовал вопрос.

— А сама что же?

— А я не умею.

— Так и я не умею, — рассмеялся парень. — Чтобы уметь, учиться надо.

— А как же тогда вы это нарисовали? — не сдержала любопытства Настя.

— Представил просто. В голове. А потом на глину переложил, — пожал Мишка плечами.

— Оскаленный. Злой, — тихо вздохнула Настя, рассматривая картинку. — А правду говорят, что вы сам, один, шатуна взяли?

— Не шатуна, — качнул Мишка головой. — Он ещё не шатун был. Просто вовремя в берлогу не залёг. Видать, жира не нагулял. Так бывает, ежели охота у него плохая была. Вот мы с ним и встретились.

— И сколько ж вам тогда годков было?

— Тринадцать.

— Сильно страшно было? — продолжала допытываться девушка.

— Пока дрались, нет. Очень быстро всё вышло. А вот потом чуть конфуз не случился, когда понял, чем всё кончиться могло, — со смущенной усмешкой признался Мишка.

После того как он подарил девушке полученный от урядника револьвер и начал обучать её правильной стрельбе из него, Настю словно подменили. Девушка перестала смущаться и опускать глаза при встрече. В стрельбе у неё вдруг проявился настоящий талант. Особенно после того, как Мишка подсказал, что вместо мишени она должна видеть своего врага. В итоге старый мешок, набитый песком, очень скоро превратился в решето.

Стрелять просто в белый свет Мишка посчитал расточительным, так что после каждой тренировки он старательно потрошил мешок, вытаскивая из песка пули, которые потом пускал в переплавку. Так что случившийся допрос был закономерным продолжением их общения.