Анестезия

Но завтра тогда ей и скажем.

– М-м-м… ладно.

– Тебя что-то смущает?

– Да не то чтобы смущает. Просто тревожно как-то.

– Всё в порядке будет, вот увидишь.

Настя кивнула – голос Саши, уверенный и успокаивающий, начал разгонять её страхи. Всё решится уже завтра, а сегодня смысла испытывать то, что не приносило ничего, кроме негатива, не имелось.

К приезду домой сына тётя Наташа подготовилась основательно. Стоило только Насте войти в дом следом за мужем, которому помогал передвигаться Влас, как она почувствовала аромат домашней выпечки. На столе уже стояло множество самых разных мисок, кастрюлек и салатниц, в которых мать Зубарева готовила миллиард блюд.

– Давайте помогу, – предложила Настя, когда с приветствиями было покончено, и Саша отправился немного отдохнуть.

– Не надо, дочь. За Глашей и мамой поезжай. Праздновать будем.

Она снова принялась стряпать, и Настя не стала протестовать. Саша всю дорогу до дома проверял телефон – именно сегодня ему обещали объявить результаты, и он очень переживал. Волнения же Насти были связаны ещё и с тем, как воспримут всё родители Зубарева, если вдруг окажется, что у них есть внучка. Хотя, Настя была уверена, что всё пройдёт нормально.

Когда отправилась в город на такси, поймала себя на том, что счастливо улыбается. Больничные стены остались позади, а впереди хоть и были трудные времена, но это ни в какое сравнение ни шло с тем, что они уже пережили.

Звонок Зубарева минут через пятнадцать после того, как она села в машину, заставил Настю внутренне сжаться в ожидании новостей. Она малодушно дождалась, пока пройдёт секунд десять, после чего ответила хрипло:

– Да!

И тут же услышала:

– Мне позвонили. Глаша – моя!"

"И словно внутри то, что было сжато в тугую пружину, распрямилось и принесло с собой облегчение и желание счастливо смеяться. В мыслях, пролетели все те годы жизни без Саши, что она провела, словно были на самом деле лишь секундами. А ведь рядом всё это время было оно – живое напоминание о том, как им с Зубаревым когда-то было хорошо. Как так вышло, что у неё даже сомнения не возникло в том, что Аглая – от Виталика?

– Ты молчишь, – тихо проговорил муж, и Настя не смогла сдерживаться и рассмеялась, чем немало удивила таксиста.

– Я… просто не знаю, что сказать.

– А что тут скажешь? – В голосе Саши сквозили гордость и такая радость, что даже если бы Настя не испытывала этого восторга, который сейчас бушевал внутри, уже бы зарядилась этими эмоциями. – Не зря мы с малой сразу сроднились. Я теперь узнавать буду, что нужно сделать, чтобы она официально была на меня записана.

– Прямо сейчас?

– Да. А ты что-то против имеешь?

– Нет. Просто… реабилитация же.

– Ну, пока суть да дело, как раз успею восстановиться. У нас же вечные заморочки с этой бюрократией.