Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18

— Марфа Кондратьевна, об этом вы расскажете подполковнику, — перебил старуху Максим Петрович. — Я хочу с вами побеседовать по другому делу.

— По какому еще другому?

— По божескому.

— По божескому? Да я уже тридцать лет ни в бога, ни в черта не верю.

— А молитвы верующим раздаете…

— Вон что вспомнил! Было такое дело.

— А вы читали эти молитвы?

— Нужны они мне, как мертвому припарки,

— Зачем же вы их раздавали?

— Кто же от денег отказывается? Платили мне, вот я и раздавала. А верующие пусть гундосят, им все равно, какая молитва.

— Кто же вам платил и молитвы давал?

— Витька приносил, все тот же Петька.

— А они где брали? Сами печатали?

— Монашек их снабжал. Да я с ним поскандалила."

"— Расскажите, из-за чего поскандалили.

— История такая. Приносит он однажды молитвы и говорит: «Дайте, Марфа Кондратьевна, кому-нибудь из верующих переписать их от руки». А платить кто будет? — спрашиваю. Он мне в руку сует полсотни. За эти деньги постараться можно. Отнесла я молитвы, покойнице теперь, Марусе, а она на другой день приходит ко мне и давай костерить: «Ты, — говорит, — старая, чего мне антисоветчину подсунула? Я еще против своей власти не собиралась воевать.

Бери, — говорит, — кочергу, — старая карга, да сама на войну отправляйся». Я так и ошалела в тот раз. А потом встретила монашка проклятого, выбросила ему молитвы и все как есть выложила. Не на тех напал.

— Где живет монашек?

— Не интересовалась. Странствует, поди. Такие-все бездомные.

— С виду он длиннолицый, с рыжей бородой и рыжими бровями?

— А ты откуда его знаешь? — воззрилась старуха.

— Знаю… — сказал Максим Петрович и нажал на кнопку. — Вот и весь наш разговор, Марфа Кондратьевна.

ОБМАН

Утром, когда Михаил, поспав часа два, ушел на работу, и Костя с увлечением припаивал конденсаторы и сопротивления к специально приобретенному шасси радиоприемника — металлическому ящику с многочисленными отверстиями, — пришли Виктор и Махмуд. Виктор вел себя странно. Вяло, с неохотой он уговаривал Костю поехать с ним на рыбалку. Махмуд нехотя поддакивал. Костя отнекивался.

— Приемником потом займемся, — тянул Виктор настойчиво. — Надо же погулять. Там будем купаться, плавать. Может быть, рыбу поймаем, уху сварим.

Костя с удивлением разглядывал хмурое конопатое лицо Виктора, который редко унывал, пожалуй, только в тех случаях, когда ему было невмоготу: например, в тот день, когда Суслик потребовал деньги. Значит, и сейчас с ним что-то случилось. Костя попытался его расшевелить.

— Я смотрю, у тебя тоже нет особого желания ехать на рыбалку. Что с тобой стряслось?

— Ничего не стряслось.

— С отцом поругался, — вставил Махмуд.

Виктор мельком глянул на Махмуда и с презрением отвернулся.