Ассана. Хозяйка джунглей

Евгения Ивановна, посмотрите? – кликнул он мою маму, сидевшую неподалёку, рядом с ней устроилась Елизавета Эриковна.

– Да? Что такое? – подошла она к нам.

– Взгляните, не замечаете ничего странного?

Матушка осмотрела Катино плечо, нахмурилась, наклонилась ближе и потрясённо выдохнула:

– Там что-то движется…

– Да, я подумал, мне показалось, – поправил очки на переносице Геннадий Петрович, – увы, не показалось.

Катя встревоженно дёрнулась:

– Двигается? Н-но я ничего такого не чувствую, только чешется до жути.

– Спокойно. Диана, принеси, будь другом, мой рюкзак.

Я обернулась быстро, протянула сумку врачу. Он достал небольшой ножичек в кожаных ножнах, баночку спирта этилового. Протирая лезвие, пояснил:

– Полагаю, какое-то местное насекомое отложило яйца. Личинки уже вылупились. Нужно их удалить, пока они не проникли глубже.

Катя ошарашенно замерла, а когда мужчина поднёс к её руке нож, отшатнулась.

– Не дёргайся. Я, конечно, могу ничего не делать, но, имей в виду, эти твари, если проникнут дальше, натворят много нехорошего. Личинки мигрируют под кожей, образуют новые уплотнения. Начнётся сильнейшая интоксикация, воспалятся лимфоузлы. Черви в итоге доберутся до твоих внутренних органов. А там летальный исход.

Катя зажмурилась.

– Ладно. Я готова.

Дядя Гена кивнул, протёр ваткой, смочённой в спирте, шишку и сделал надрез. Из ранки показалась вязкая жижа вперемешку с кровью, а потом вывалились белёсые, извивающиеся паразиты. Тонкие, как нити, они образовывали непрерывно двигающийся клубок.

– Фу, гадость! – послышалось шокированное.

– Боже мой! – баба Нюра торопливо перекрестилась.

Непонятно как, но мы вдруг оказались в окружении соседей, внимательно следивших за действиями доктора.

– Теперь понятно, почему нужно носить плотную одежду? – мрачно заметила мама. – Проверьте все себя. И детей осмотрите.

Обработав рану антисептиками, Геннадий Петрович плотно её (рану) забинтовал и дал Кате обезболивающее.

– Также придётся пропить антибиотики. Вот тебе амоксициллин, принимай по таблетке три раза в день, в одни и те же часы, в течение пяти суток. Каждое утро и вечер ко мне на перевязку.

– С-спасибо, – кивнула Катерина, держась молодцом. К утру у неё поднялась температура, но Геннадий Петрович заверил: это нормальная реакция организма. Главное, что паразитов удалили вовремя.

Что касается гориллы… В те часы, которые определил для перехода Вишневский, они действительно не показывались. Как и другие крупные хищники. Либо нам просто небывало, аномально везло!

Но ведь всё хорошее, как и плохое, имеет свойство заканчиваться.

По возможности ночевали на естественных возвышенностях, там, где можно было устроить круговую оборону.