Аспид

Пару раз почти грохнулась на темные ступеньки. Руки были сцеплены за моей спиной, и я не могла схватиться за перила.

В подвале было сумрачно и холодно. Отец хранил здесь вино и хамон. Сюда же приносили произведения искусства, которые предназначались для перепродажи. Статуи Святых Дев, масляные полотна, настенные распятия заполняли собой все помещение. В детстве я любила здесь прятаться и есть украденные с кухни сладости. Но сейчас это место внушало мне почти животный ужас.

Отец щелкнул выключателем, и я отшатнулась к стене, едва не теряя сознание.

Посреди подвала стоял стул, на котором сидел то ли человек, то ли привязанный к стулу труп. На его теле не было живого места. Сплошные раны, ссадины, гематомы, запекшаяся кровь. Сквозь толстые корки на груди я рассмотрела очертания чертополоха и опустилась на колени, задыхаясь от шока и слез.

– Хочу, чтобы ты увидела, что я обычно делаю с предателями. И как милосерден и терпелив я с тобой – предавшей меня дочерью.

Харт медленно поднял голову, и я едва узнала его. Его прекрасное лицо отекло и почернело от ударов. Ему раскроили лоб, и теперь на нем зияла глубокая рана. Нос был сломан, и я заплакала, не в силах поверить тому, что вижу.

Пять дней его избивали и мучили, пока моя фантазия не позволяла мне предположить что-то гораздо более ужасное, чем измену. Пил ли он, ел ли он, долго ли еще продержится?

– Что он сделал? – выдохнула я.

– О, ты не знаешь? Я думал, малютка Кристи знает все и успела выпытать в койке все секреты… Нет? Как же так?

– Я ничего не знаю.

– Под ангельским именем и наружностью благородного парня скрывается дьявольское отродье. Харт – производное от Рейнхарт, девичьей фамилии его матери. Хочешь знать, как зовут его отца?

Я покачала головой, не догадываясь, о чем он.

– Щенята Стаффорда и его первой жены, Эмилии Рейнхарт, не сгорели в огне. Пламя не берет дьявольскую плоть. Они выжили и теперь вернулись за мной. Старший – вот он. Подобрался ко мне ближе всех. Но живым отсюда уже не выйдет. За младшей я отправлюсь попозже на остров. Гэбриэл и Анджела, – фыркнул отец. – Иисусе. Надень на дьявола шкуру агнца, и даже Бог не заметит его у себя под боком.

– Я не понимаю вообще ничего! – выдохнула я.

Отец подошел к Харту, схватил его за волосы и задрал вверх его голову, предлагая мне получше на него посмотреть.

– Если бы гены Рейнхартов не взяли верх, то ты бы обязательно увидела в нем схожесть с твоими обожаемыми Стаффордами. Поприветствуй даму, Дин Стаффорд, выродок Сатаны…

– Что? – выдохнула я, ушам своим не веря.

– Приветствуй ее, – повторил отец и выплеснул из стакана алкоголь на его израненное тело. Харт вздрогнул от боли и застонал, пытаясь уклониться от обжигающей его раны жидкости.