Бальзам Авиценны

Об отпуске я похлопочу, но позвольте спросить…

– Не спрашивайте, любезный Моро! Ради всего святого, ни о чем не спрашивайте! Лучше я все объясню потом… если вернусь.

– Да? – Пожилой лысоватый секретарь епископа раскрыл рот от изумления: что стряслось с таким всегда уравновешенным и спокойным падре?

– Спаси вас Бог и прощайте!"

"Отец Франциск выбежал из номера, прошел в конец коридора и спустился во двор по лестнице черного хода. Оглядевшись по сторонам, он пробрался среди нагромождений пустых бочек из-под вина, обошел ломовые дроги, поднырнул под брюхо старого битюга, лениво перетиравшего сено, и юркнул в подворотню.

Еще десяток шагов – и падре очутился на соседней улице. Теперь он торолился к почтовой станции, надеясь успеть на последний дилижанс…

Мсье Фиш нервно мерил шагами восемнадцатый номер отеля «Золотой щит» – самого приличного в этом паршивом городишке, затерявшемся среди огромных гор. Нет, местным жителям, конечно, нужно отдать должное: тут все чистенько и пристойно, но это далеко не Париж. И даже не Лион или Бордо; это деревня!

Устав ходить, Эммануэль рухнул в кресло и вытянул из жилетного кармана часы: где же Шарль, он уже пропадает битых три часа?! За это время можно успеть оббегать весь город и вернуться, но его до сих пор нет.

Неужели земля разверзлась под ногами великого грешника и черти утащили его в ад?

Наконец, в коридоре послышались торопливые шаги, потом шелкнул замок и в номер вошел Рико, прикрывая лицо носовым платком.

– Удалось? – Фиш вскочил, словно подброшенный пружиной.

– Наполовину, – глухо ответил Шарль. – Адрес есть, но письма нет, и попик сбежал.

– Идиот! – зло зашипел нотариус. – Почему ты позволил ему удрать? Я не узнаю тебя, Шарль! Ты разучился убивать? Или рука не поднялась на служителя церкви? Раньше подобные пустяки тебя не смущали.

Что у тебя с лицом?

Рико молча убрал платок, и Эммануэль удивленно присвистнул, разглядывая забрызганную чернилами физиономию приятеля. Глаза бандита покраснели и слезились, на челюсти расплывалась багровая ссадина, ясно видимая даже под пятнами чернил. Лицо Шарля напоминало маску жалкого провинциального клоуна из балагана на сельской ярмарке.

– М-да, – хмыкнул Фиш. – Хорош, нечего сказать! Испортил все дело! Надо сматываться, пока святоша не привел полицию.

Шарль отбросил скомканный платок, взял со стола бутылку вина и, жадно припав к горлышку губами, высосал почти половину бутылки. Оторвавшись от нее, он обернулся к нотариусу:

– Не вали все на меня. Попик не так прост, как мы думали. Лучше раскинь мозгами, как исправить положение.

– Ага, теперь тебе понадобились мои мозги? – прищурился Эммануэль. – Впрочем, ладно… Его надо перехватить в любом случае. Ты ушел без шума?

– Да, через окно, – кивнул Рико.