Бальзам Авиценны

– Когда родился мой племянник Али-Реза, Шейх не спрашивал о желаниях его матери, но когда родилась дочь, Мария уговорила мужа окрестить ее и дать христианское имя, а перед смертью взяла с Мансура клятву, что он отвезет девочку к ее родным. Правда, он сделал это спустя почти десять лет после смерти жены. Но не нам судить его! Теперь вы понимаете? Не могу же я оставить зятя в руках злодеев?

Маркиз тяжело поднялся и раздвинул плотные шторы. В кабинет ворвались лучи солнца и пронизали слои синеватого табачного дыма, висевшие в воздухе. Синьор Лоренцо открыл рамы и посмотрел во двор.

Федор Андреевич подошел и тоже выглянул через его плечо – ребята старого Пепе укладывали на крестьянскую телегу два длинных свертка в мешковине.

«Вот и позаботились о раненом, – подумал капитан. – Интересно, что произошло в подвале после нашего ухода? Наверное, лучше не знать этого. Иначе другими глазами начнешь смотреть и на Лоренцо, и на Пепе с его неизменной трубкой, и даже на отца Франциска, который темной ночью, с расстояния в десяток саженей, без промаха всадил пулю прямо в сердце врага».

– Вам нужно хоть немного отдохнуть.

 – Маркиз отвел его от окна и, словно подслушав мысли русскою, мягко посоветовал: – Лучше выбросите из головы то, что сейчас ненароком увидели. Здесь свои законы…

Глава 12

Выходя из кабинета, Кутергин столкнулся со старым Пепе. Пожилой моссадиери вынул изо рта насквозь прокуренную трубку, прищурил хитрые темные глаза и приветливо улыбнулся капитану. Федор Андреевич пожелал Пепе доброго утра и живо представил, как эти глаза прищурясь, смотрят в прорезь прицела. Наверное, теперь ему никогда не забыть рассказанного маркизом!

Постоянно сопровождавшего гостя охранника нигде не было видно.

Не оказалось его и в комнатах, отведенных капитану, и тот понял: отныне он пользуется полным доверием. Кутергин задернул шторы и завалился на кровать, но уснуть никак не удавалось. Из головы не выходила рассказанная маркизом история – мрачная, зловещая, полная трагизма и в то же время романтическая, почти сказочная. Кто мог подумать, что Лючия – такая нежная, прекрасно воспитанная девушка из аристократической семьи – окажется дочерью маркизы Марии да Эсти, и слепого шейха Мансур-Халима? Разве мог предположить Кутергин, что он скитается по раскаленной пустыне и диким горам, рискует жизнью и делится последним куском хлеба с отцом и родным братом той, кто в самом скором времени станет властительницей всех его дум и желаний? Насколько капризна и непредсказуема Судьба!

Впрочем, отчего он удивляется утонченности, красоте и воспитанию Лючии? Ее отец в молодости наверняка был очень интересным мужчиной, а брат Али-Реза просто красавец.