Белое солнце дознавателей. Книга 2

По какой-то причине нарушать тишину казалось кощунственным, настолько загустел от напряжения воздух.

«Она не плакала, — сказала мне Марша. — Не плакала, когда они сломали котлы её деда. Тир проверил всех слуг в доме, взял повторную клятву, и снова усилил охрану. Не плакала, когда ей на алхимии что-то «случайно» упало в зелье на последнем этапе, — хмыкнула Фейу злобно. — Не плакала, Мара её побери, когда проиграла. Если бы ты видела, с каким каменным лицом она стояла на награждении. Не плакала!!! Но когда Костас решил её утешить и порадовать, подарил ей букетик маргариток и конфеты, она — разрыдалась! Закрылась в комнате, вышвырнула леди Тир, меня и… — Марша понизила голос, — по-моему, она уничтожает рисунки».

— Фей… — позвала я осторожно. — Я вхожу…

Огонь полыхал ярко. Языки пламени плясали в воздухе. В медном блюде «под фрукты» на столе догорали обрывки бумаги.

— Что ты творишь! Ауч… — я выхватила из огня почти целый пейзаж — ей особенно удавались Лирнейские — и подула на пальцы. — Плетения поехали?

Фей не переоделась. В наглухо застегнутой школьной форме, со значком участника Турнира на лацкане — только полоска сажи на щеке портила идеальный вид.

Она повернулась ко мне, когда в чаше снова ярко вспыхнуло — языки огня взметнулись вверх, жадно сжирая подношение. В темных зрачках Фей отражалось пламя.

— Ф…Фей..?

Спокойствие. Мне не нравилось именно это. Сестра была совершенно спокойна.

— Вайю.

— Объяснишь, что происходит? — я аккуратно переступала обрывки бумаги и пергамента на полу — куски пейзажей, цветы, домашние зарисовки, даже… портрет Яо! Порвано было всё. Она сошла с ума! — Что это? — я подняла с пола ещё пару сломанных кистей и положила на край стола.

— Это? То, что должно быть уничтожено давным-давно, — одним движением она смахнула кисти в огонь.

— Фей-Фей-Ву! Посмотри на меня, — я развернула её к себе за плечи. — Фей? Ты расстроилась из-за котлов? И что проиграла турнир? Это — мелочи, и…

— Мелочи, — согласилась она совершенно равнодушно. — Это — мелочи, — ещё пару кусков пергамента медленно спланировали в огонь. — Все это — мелочи. Вся моя жизнь — мелочь.

— Фей!

— И это — мелочи, — она громко хлопнула по стопке книг на краю стола. — Псаковы мелочи!

— Ты же не ругаешься, Фей-Фей!

— Не ругаюсь.

Не занимаюсь алхимией. Не живу в своем доме. Не могу рассчитывать на хорошую партию. Не могу сама распоряжаться своей жизнью. Не могу отомстить за родителей. Не могу увидеть дедушку, и даже псаков эликсир я не могу сварить правильно!!! Я — ничего не могу!

— Фей, ты лучший алхимик из всех, кого я знаю… в этом возрасте, и сир Ву…

— Они сломали их, Вайю, — первый раз за всё время в её голосе появились эмоции — тоска и… ярость. — Они сломали котлы деда. Повредили.