Белоснежка и три босса

Да плевать, что они вместе и у них, возможно, конференция! Пусть хоть сам президент на связи…

— Ника, на тебе лица нет! — с дивана навстречу мне поднялся Кир.

Но я без объяснений двинулась прямо к блондину и со словами: «Стефан Борисович, вы негодяй», — залепила ему пощёчину. Экран мгновенно погас, и в комнате на пару секунд повисла гробовая тишина, которую прервал Леонид:

— Вероника, по какому праву ты так себя ведёшь? — его леденящий душу голос не предвещал ничего хорошего.

Да пусть хоть сейчас увольняет, я не собираюсь дальше работать с этим уродом!

— А пусть ваш братик расскажет, как он лапает и целует в подсобке перепуганную девчонку, а потом треплет об этом всему офису! Я… напишу заявление об уходе!

Теперь, когда это было озвучено, у меня подогнулись коленки, и я, попятившись, прижалась спиной к стене.

Слёзы уже готовы были брызнуть из глаз. Прощай, уютное кресло секретаря.

— Стёпа, это правда? — спросил генеральный, поворачиваясь к брату.

Кажется, Кир ему кивнул, но ответа блондина я не услышала. Развернувшись, бросилась к двери, пулей выскочила в приёмную и подбежала к стойке.

Схватив со стола первый попавшийся листок и ручку, я размашисто написала: «Прошу уволить меня по собственному желанию», — поставила дату и подпись. Вот так! Теперь можно убираться отсюда…

— Сядь, пожалуйста, Вероника, — послышался над ухом спокойный голос генерального. — А ты, Нонна, оставь нас."

"— Я уже написала заявление, — заявила решительно. Пусть даже не рассчитывает! У меня есть гордость! Никому не позволю так с собой обращаться! А они еще поплачут, о-о-о они ещё пожалеют, что потеряли такого ценного специалиста! Пусть сами теперь варят себе кофе и бьют ёлочные игрушки!

Внезапно на плечо легла горячая твёрдая рука.

— Вижу. Не торопись, остынь, — вопреки обыкновению, Леонид говорил мягко, почти душевно. — Давай разберёмся. Посмотри на меня…

Я подняла голову и застыла, глядя на кончик его носа.

— Посмотри мне в глаза, — попросил босс и, когда я выполнила просьбу, продолжил: — Во-первых, запоминай: никто не имеет права заставлять тебя работать в неурочное время без моего согласия. Во-вторых, если уж такое случилось, ты должна была первым делом обо всём рассказать мне…

Выдержать этот магнетический взгляд оказалось невозможно — столько в нём оказалось власти и непоколебимости.

Вот это энергетика! Я, как провинившаяся школьница, сначала опустила глаза в пол, а потом уставилась в окно: серый мрачный день, совсем как моё настроение. Мелкий дождь — плакало питерское небо, а вместе с ним и моя душа.

— И в-третьих, давай дадим Стефану ещё один шанс, — заговорил генеральный после небольшой паузы. — Скажем, месяц на исправление. Под мою ответственность.