Белые искры снега

Я вспомнила, как он прижал меня к себе, и вспомнила все те чувства, нахлынувшие на меня огромной прохладной чистой волной, когда я уткнулась носом в его грудь. Даже запах одеколона моя противная память воспроизвела так, что мне показалось, что Яр находится где-то рядом. И опять край моего сознания зацепил это странное ощущение, что я стою с ним на самом краю обрыва, под которым плещется бушующий океан, на холодном скользком камне, крепко обнимая его и не желая отпускать."

"Не выдержав всех этих эмоций, я, зажмурившись, вдруг с головой нырнула в воду, задержав дыхание и почувствовав, как сильно бьется мое сердце и сжимаются легкие от нехватки кислорода.

Вынырнула я обратно почти через минуту, шумно хватая воздух ртом. Приняв душ и набросив на себя махровый халат, в котором мне всегда было тепло, я, взяв с собой большую кружку с горячим чаем, пошла к ноутбуку – печатать очередную статью, теперь уже в студенческую газету, посвященную победе команды КВН нашего университета в местной Лиге. С несколькими представителями команды я как раз встречалась вчера и весело провела с ними непринужденное интервью, больше похожее на беседу приятелей, поскольку двух кавээнщиков я знала лично. Дело шло как-то плохо, и на статью в пять тысяч знаков я потратила почти пять часов, поскольку была не в силах сосредоточиться, то и дело вспоминая произошедшее. И чем больше я вспоминала, тем страшнее мне становилось – страх от произошедшего пришел ко мне задним числом.

Когда я поставила в статье последнюю точку, из моей сумки зазвучала «Песня половецких девушек». Я не без труда нашла в сумке мобильник и сказала: «Алло».

– Настя, это Диана Вячеславовна, ваш руководитель практики, – раздался знакомый резкий и не слишком приятный голос.

– Здравствуйте, – отозвалась я, сразу поняв, почему она звонит – наверное, хочет договориться о посещении моего урока в школе. И я оказалась права.

– Как проходит педагогическая практика? Сколько уроков вы уже провели? – поинтересовалась для проформы преподавательница.

– Хорошо проходит, – покривила я душой. – Осталось два урока.

– Что-то вы быстро закончили, – удивилась Диана Вячеславовна, всем своим тоном намекая, что я преувеличиваю.

 – Прямо подозрительно.

– У меня сдвоенных уроков много, – отозвалась я. – Поэтому быстро получилось. Все зафиксировано в дневнике и подписано куратором, – добавила я на всякий случай.

– И что же вы мне не позвонили тогда, – попеняла тут же мне препод. – Мне же вообще-то нужно ехать к вам в школу на проверку, чтобы посмотреть, как вы преподаете. Так, когда у вас ваши последние два урока, Настя?

О, боже, она действительно решила приезжать на наши уроки.