Белые искры снега

Я вспомнила чудесный лунный браслет на своей руке, от которого до сих пор исходило нежное сияние, и поняла, что не могу справиться. Мне нужен этот браслет! Очень нужен!

– Готова принять, – прошептала я. От стен отлепились блики огней и ласково коснулись моей кожи.

– Великий князь, обращайся к нему именно так, – снова услышала я голос дяди Тима.

– Готова принять, великий князь, – сами собой открылись мои губы.

– Приняв его, уже не сможешь отказаться – только лишь передав свое право через обряд, – предупредил меня белокудрый, в своих пугающих одеждах и капюшоне похожий на большую хищную птицу.

 – Готов ли кто засвидетельствовать слова ее?

Теперь пришел черед Арины. Она проговорила чуть взволнованно те же слова, что и Меркурий пару минут назад.

– Я готова, великий князь. И сердце мое готово так же, как и душа.

– Назови же себя, изъявившая желание засвидетельствовать правдивость слов будущего хранителя."

"– Арина, дочь Владислава и Анны, кавалер четвертого круга Ордена Рассветного золота, прижизненный протектор хранителя по крови, маг по рождению, – сказала черноволосая девушка, и ее глаза горели так же сильно, как и звезды в ее сиянии.

– Готова ли ты засвидетельствовать слова хранителя осознанно и добровольно, без злого умысла, с целью, не противоречащей целям и законам Ордена?

– Да, готова, великий князь, – слова легко срывались с губ девушки, но звезды в ее сиянии стали темнеть.

– Подойди же.

Теперь кровь закапала на пол с руки Арины.

Когда лезвие вошло в ее кожу, она даже не дрогнула, не отрывая от меня немигающего сосредоточенного взгляда.

– Слова твои – подтверждения намерений разума твоего, а кровь – подтверждение сердца. Разум и сердце должны быть едиными – это дарует наивысшую степень честности и верности в намерениях и помыслах. Единство разума и сердца дарует гармонию, а гармония дарует мир. Ставшие свидетелями священного обряда, пусть же те, за кого вы поручились разумом и сердцем, завершат обряд передачи артефакта.

Меркурий и Арина, которым, видимо, ход обряда был прекрасно известен, одновременно шагнули к невысокому каменному столику, взяли небольшие одинаковые кинжалы с изящными тонкими рукоятками, на которых сияли голубым неоном морозные узоры, а лезвие светилось холодным светом. Меркурий оказался около Тимофея, Арина – около меня. Я не успела понять, как это произошло, хотя знала, что черноволосая девушка собирается делать.