Беременна от мажора

Дима и Васька были босиком, в белых рубашках и легких брюках, а в мои распущенные волосы воткнули яркий фиолетовый цветок. Ведущая зачитывала поздравления, а в это время на ветру развевался мой длинный шелковый сарафан цвета алебастра. Чарующе, романтично и сказочно.

И вот, женатые и все еще влюбленные друг в друга, мы живем в двухэтажном доме за городом вместе с нашими сыном и дочуркой. Димка неплохо раскрутился в своем тепличном бизнесе, а я занимаюсь переводами.

Почти добравшись до двери, муж оборачивается и игриво приподнимает правую бровь. Если бы не Кира, проснувшаяся сегодня рано, мы бы наверняка занялись любовью.

Про его папу мы не забыли, но теперь это все не так болезненно. И перешло в какую-то семейную легенду и даже шутку. Егору Валентиновичу дали приличный тюремный срок, и иногда сын ездит навестить его. Отец предсказуемо от встреч отказывается, и Дима оставляет передачи.

Мать Красинских меня так и не приняла, она ни разу не видела внуков, полностью углубившись в творчество. Димка за нее очень переживает, но тем не менее злится, ибо мать не желает продолжить жить дальше, нормальной жизнью, и днями не спускается с чердака их пустого особняка в элитном районе. Димина сестра с нами так же не общается. Это печально, но я надеюсь, что время сможет залечить эту рану и они поймут: Дима поступил правильно. Впрочем, к нам часто приезжает дед Красинских, привозит подарки правнукам и интересуется успехами внука, он приятный и очень интеллигентный человек. Мы с ним нашли общий язык.

А вот мои родители, напротив, проявляют бешеную активность. Они очень любят наших детей, лишь иногда пробуя лезть со своими советами. Как только Димка женился на мне, они почти успокоились и стали очень стараться. Теперь, когда я замужняя дама с двумя детьми, у мамы только одна любимая фишка — она никак не может смириться с тем, что я работаю, имея на руках маленького ребенка. По ее словам, это ужасно плохо для воспитания юной Кирочки.

Мой муж направляется к двери, на ходу подтягивая резинку боксеров и портя чудесный вид. Я печалюсь, трусы так красиво сползли минуту назад, я аж залюбовалась верхом его упругих половинок, а теперь все более чем прилично.

Он исчезает в коридоре нашего дома и уже через мгновение дочкино бурчание сменяется звонким смехом.

На тумбе звонит телефон.

— Привет, Машка, — улыбаюсь, услышав голос любимой подружки. — Как там Каролинка?

— Обмазалась красками и пытается обмазать меня. Ничего, что я так рано позвонила? Ни от чего вас с Красинским не оторвала?

— Нет, — смеюсь и снова тянусь в постели, — он пошел Кирочку кормить.

— У тебя идеальный муж. А у меня очередная трагедия.