Беременная для Зверя

Ваша спальня…

Она говорит «ваша спальня» — значит, моя и Зверя. Неужто сама с них не кувыркалась? Или для него это в порядке вещей, со всеми подряд сношаться?

— Ну, не буду мешать. Мойся, в общем, — говорит Наталья и уходит, не дождавшись от меня «спасибо».

Я обычно всех благодарю за внимание и помощь, а тут словно язык присох и обломится, если слово лишнее скажу.

С облегчением в кабину душевую залезаю. Смываю с себя всё. С трудом нашла среди всех прочих баночек шампунь с ароматом груши. Более-менее нейтральный и не слишком приторный. Потом волосы немного феном просушиваю.

Халат на голое тело набрасываю. По-женски мне ничего не надо, выделений нет у меня. Мазало первый день, а потом перестало. Значит, ли это, что я теперь должна буду перед Зверем ноги раздвигать?

Не хочется. Особенно сейчас не хочется. Нутро бунтует. Так что я на корточки сажусь и перебираю содержимое. Нахожу тампоны, размером маленькие. Вдруг Зверь ниточку увидит и побрезгует проверить?

Глава 54. Арина

Не знаю, как долго его так удастся обманывать и удерживать. Да и гарантии нет, что он меня по-другому не использует.

Ведь взял меня иначе — пальцами дрожь выбил и орган свой между грудей пристроил.

От воспоминаний порочных бросает в дрожь. Кипяток по коже. До нервов опаляющий. Лицо полыхает. Щёки пунцовые. Дурь он прямиком под кожу вгоняет. В кровь пускает блажь и мысли вязкие. В животе болтанка странная начинается. Словно там крыльями птица машет, но вверх взлететь не может — тянет вниз тяжестью странной. Горячей.

Пора выходить. И мысли эти прямо здесь оставить.

Я наверх поднимаюсь. Стараюсь лишних движений не делать и звуков производить тоже.

Спальня приготовленная чистотой и порядком сверкает. Одежда сложена на стуле с высокой спинкой. Кровать огромная, двуспальная, застелена покрывало золотистым с красными маками огромными. На трюмо стоят баночки с кремами, расчёски в первом ящике лежат. Я волосы немного просушила, но теперь надо расчесать их.

Я начинаю их расчёсывать, пряди между пальцев пропускаю. Шорох слышится. Зверь на пороге. Окидывает меня взглядом. Будто навзничь опрокидывает и под себя подминает рывком сильным.

Дверь закрывает. Щеколдой щёлкает.

Ко мне идёт.

Я замираю. Добычей охотника себя чувствую. Жар неуёмный в груди возникает. Под рёбрами сердце бешено бьётся с частотой несусветной.

Зверь медленными шагами расстояние стирает. Вычитывает воздух свободный — в пекло. В жар пустынный превращает.

Пальцы его крупные и сильные по ряду пуговиц скользят. Расстёгивают их. Одну за другой. До самого низа. Он тело своё оголяет. Машина. Зверь.

Пособие по красоте убийственной. Жестокой. Сильной.

Мужчины, наверное, только такими и должны быть.