Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

— Фокус начинается!

Полено «поёжилось» под струёй воздуха и превратилось в красивый ровный цилиндр с бело-чёрным узором коры.

Саблин, скрипя снегом, подошёл к нему, взял в руки, оглядел.

— Ни одного изъяна! Ровный цилиндр. Мы теперь можем изготавливать суперские сувениры, будет на что жить в старости.

— Дай, — протянула руку Юстина.

Данимир передал цилиндр, назвать поленом который было трудно.

— Тяжёлый, — оценила она. — Холодный…

— Давайте пробежимся по спектру, — сказал Прохор. — Это в принципе биологический объект, хотя и засохший, без признаков жизни, углеводороды, окислы, высохшая биомасса.

Установили цилиндр на чурбак.

— Теперь я, — объявил Саблин.

— Может, я попробую? — проговорила Юстина с необычной робостью.

Мужчины переглянулись.

— Почему бы и нет? — отступил Саблин.

— Помнишь алгоритм числоперехода? — строго сказал Прохор. — Он теперь становится и алгоритмом формотрансформации, с некоторыми нюансами, только представлять надо не цифры…

— А геометрические формы, — закончил Саблин.

— Я помню! — бросила Юстина, раздув ноздри.

Она достала свой эргион, и в самом деле похожий на произведение искусства из полудрагоценных камней и серебряных стерженьков.

Рука задрожала, но женщина сжала губы, справилась с волнением, направила эргион на берёзовый цилиндр.

С минуту ничего не происходило.

Глаза Юстины стали как щёлочки.

Мужчины терпеливо ждали.

Прохор хотел предложить подруге передохнуть и обсудить этапы формотрансформации, но уловил косой предупреждающий взгляд Саблина и остался на месте.

Лицо Юстины вспыхнуло.

И тотчас же чёрно-белый цилиндр, бывший обычным берёзовым поленом, разделился на целый пук тонких деревянных прутиков, похожих на лучины.

Пучок постоял мгновение и распался на отдельные прутики, упавшие на снег.

Юстина вздрогнула.

— Чёрт!

Саблин и Прохор засмеялись.

— Чего ржёте? — гневно сверкнула глазами Юстина. — Что я сделала не так?

— Успокойся, всё так, — обнял её за плечи Прохор, — ты ничего не сделала лишнего, просто следующий шаг полена по Ф-оси представляет собой вот такие фигуры.

Саблин поднял «лучину».

— Видите форму? Десять граней, словно из-под станка, если считать с торцами.

— Всё равно не понимаю.

— Полену предназначена одна функция — сгореть в печке или в костре.

То есть весь спектр его формосуществования будет реализовывать эту функцию. Вот смотри.

Данимир собрал лучины ровной горкой, направил на неё эргион.

Стопка задымилась и превратилась в странный сросток тонких деревянных стерженьков, похожих на гнутые спиралью коренья.

— Блин! — изумился Саблин.

Юстина прыснула, расслабляясь.

— А это как ты объяснишь?

— Ну, палки перепутались…

— Мы взяли для тренинга неудачный объект, — задумчиво сказал Прохор.