Бессильная
Она — то, на что он всю жизнь охотился. Он — то, кем она всю жизнь притворялась. Только экстраординарным место в королевстве Илья — исключительным, наделенным силой, Элитным. Способности, которыми Элитные обладают уже несколько десятилетий, были милостиво дарованы им Чумой, но не всем посчастливилось пережить болезнь и получить награду. Те, кто родились Обыкновенными, именно таковыми и являются — обыкновенными. И когда король постановил изгнать всех Обыкновенных, чтобы сохранить свое Элитное общество, отсутствие способностей внезапно стало преступлением, сделав Пэйдин Грей преступницей по воле судьбы и вором по необходимости. Выжить в трущобах как Обыкновенная — задача не из простых, и Пэйдин знает это лучше многих. С детства приученная отцом к чрезмерной наблюдательности, она выдает себя за Экстрасенса в переполненном людьми городе, изо всех сил смешиваясь с Элитными, чтобы остаться в живых и не попасть в беду. Легче сказать, чем сделать. Когда Пэйдин, ничего не подозревая, спасает одного из принцев Ильи, она оказывается втянутой в Испытания Чистки. Жестокое состязание проводится для того, чтобы продемонстрировать силы Элитных — именно того, чего не хватает Пэйдин. Если сами Испытания и противники внутри них не убьют ее, то принц, с чувствами к которому она борется, непременно это сделает, если узнает, кто она такая — совершенно Обыкновенная.
Она кивком отстраняет нас, и я быстро направляюсь к двери, намереваясь проскользнуть в свою комнату и спросить совета у Элли по поводу моего платья.
— Пэйдин.
Мои ноги подкашиваются, заставляя меня остановиться. Теплота в этом голосе и то, что он назвал меня по имени, говорят мне, что за мной стоит не Кай.
Нет, это его брат."
"Я развернулась на каблуках и теперь наблюдаю за тем, как Китт идет ко мне, его светлые волосы в беспорядке, а улыбка очаровательна. Я сглатываю, когда он приближается ко мне, когда он смотрит на меня изумрудными глазами, которые он делит с убийцей.
— Привет, — тепло говорит он. — Не возражаешь, если я провожу тебя в твою комнату?
Да.
— Вовсе нет, — говорю я сквозь зубы, оскаленные на него.
Мы начинаем идти по коридору, направляясь в крыло замка для конкурсантов. — Я еще не поздравил тебя с интервью, — говорит он с ноткой гордости в голосе. — Разве я не говорил, что у тебя все получится?
Я вспоминаю интервью, на котором умудрилась ляпнуть то, что от меня не ждали.
— Выживание. Я рассчитываю выжить.
Я почти смеюсь при этой мысли. — Приятно знать, что будущий король не лишит меня головы за то, что я испортила девиз его королевства.
Я прикусываю язык, но уже слишком поздно, чтобы остановить слова, которые уже сорвались с моих губ.
Он смеется.
Звук насыщенный, наполняющий меня облегчением. Он потирает рукой шею, все еще хихикая, и говорит: — Вообще-то, это была моя любимая часть.
Я бросаю на него недоуменный взгляд. — Это было сейчас?
— Да. — Смех покидает его голос, когда он останавливается и смотрит на меня, останавливая нас посреди коридора. — Это была самая реальная вещь, которую когда-либо говорили на этих интервью.
Я смотрю ему в лицо, стараясь не обращать внимания на мелькнувшее в нем воспоминание об отце. — Ты имеешь в виду, что это была самая глупая вещь, которую когда-либо говорили на этих интервью.
Его теплая усмешка снова отражается от стен. — Возможно. — Он делает паузу, глядя на меня сверху вниз. — Но, если тебе станет легче, я не думаю, что ты ошиблась, когда сказала, что рассчитываешь пережить это, и я восхищаюсь тобой за то, что ты высказала свои истинные чувства.
Я настолько потрясена искренностью его слов, что разражаюсь смехом. — Тогда ты, должно быть, часто восхищаешься мной, потому что я склонна высказывать свое мнение гораздо чаще, чем следовало бы.
Я действительно часто восхищаюсь тобой.
Его глаза, кажется, говорят эти пять слов, когда они ищут мои, озвучивая то, что он никогда не собирался озвучивать. И впервые я встречаю его взгляд и не вижу, что король смотрит на меня в ответ.
Прочистив горло, я поворачиваюсь и снова иду по коридору.














