Бессильная

Я овладела искусством оставаться незамеченной и неприметной. Вскоре я уже распахиваю двери бального зала, и стражники не замечают меня в этой суматохе.

Меня встречает кровавая бойня. Точнее, ее остатки. Темная кровь все еще забрызгивает пол, большую часть которого Гидросы уже отмыли струями воды, оставив после себя лишь перламутровый камень.

Телы расчищают бальный зал от тяжелых обломков, а Гасты раздувают вокруг них воздух, чтобы сдуть с пола все обломки и пыль. В кратчайшие сроки зал будет отремонтирован и восстановлен в первозданном виде. Как будто ничего и не было.

Я уже собираюсь выскользнуть обратно за дверь, когда мое внимание привлекает масса беспорядочных черных волос. Он сидит — нет, облокотился на большую каменную плиту в дальнем конце бального зала, грязный и перепачканный кровью.

Сердце колотится о грудную клетку.

Он ранен. И, главное, почему меня это волнует?

Я, спотыкаясь, спускаюсь по ступенькам, делая их по две за раз. Я чуть не подвернула лодыжку в смертоносном приспособлении — туфлях на каблуках, а затем неловко сбросила их с ног, позволив им упасть на ступеньки, прежде чем я почти сделала то же самое.

Я внезапно оказываюсь перед ним, в считанные секунды преодолев весь бальный зал. Я падаю на колени и смотрю в его окровавленное, перепачканное грязью лицо. Его серые глаза лишь на мгновение выглядят испуганными, а затем начинают блуждать по мне, осматривая мое тело на предмет повреждений, в то время как я делаю то же самое с ним."

"Слова вырываются у меня изо рта. — Что случилось? Где ты ранен? — Я оглядываюсь вокруг, сканируя комнату. — И где эти чертовы Целители?

— А, Грей. Как раз тот человек, которого я хотел увидеть.

 — Он произносит эти слова сквозь стиснутые зубы, но при этом ведет себя, как обычно, спокойно и собранно.

— Что случилось? — спрашиваю я, глядя на его разорванную одежду и обнаженную грудь, покрытую порезами. Его руки и большая часть тела покрыты кровью, хотя я уверена, что большая ее часть ему не принадлежит.

— Прежде чем мы перейдем к этому, — он старается не выдать гримасу, — к вам пришел Целитель? — Он вдруг стал серьезным, боль забылась, когда его глаза снова окинули меня.

Я одновременно смущена и раздражена им — похоже, это частое явление.

 — Что? Да. Я в порядке. — Я отмахиваюсь от его вопроса и придвигаюсь ближе, слегка вытянув руки. — Но очевидно, что это не так.

— А я-то думал, что ты ненавидишь меня и мои дурацкие ямочки. Я тронут, что ты так заботишься о моем благополучии, Грей. — Даже испытывая явную боль, он все равно находит способ ухмыляться. Наряду с тем, что ведет себя как полный осел.

— Не путай мои мотивы, принц. Я всего лишь хочу сохранить тебе жизнь, чтобы иметь возможность согнать эту ухмылку с твоего лица. Снова.