Безжалостная Империя
Она под запретом. У него их нет. Жила-была девушка. Красивая. Популярная. Фальшивая. И моя одержимость. Мое падение. Возможно, мое проклятие. Меня это остановило? Меня это волнует? Нет и нет. Есть грань между правильным и неправильным. Нравственным и аморальным. А есть еще она. Я пересекаю все границы окровавленными пальцами. Она говорит, что ненавидит меня. Я говорю, что тоже ненавижу ее, потому что я поймал ее в ловушку, завладел ею. Сделал ее полностью моей.
— Т-ты переодел меня?
Я смотрю на него с ужасом.
— Мама переодела. — Его губы растягиваются в ухмылке. — Не то чтобы это было бы чем-то новым, если бы я увидел тебя голой. Я даже могу представить тебя прямо сейчас."
"Я хмуро смотрю на него, затем сжимаю руку в кулак и бью его по груди. Он хихикает, звук тихий и непринуждённый в комнате.
— Попалась. — Он убирает мои волосы со лба. — Я думал, что потерял тебя там на секунду.
— Это был просто кошмар.
Причём очень реальный.
Я чувствую, что это кошмар всей моей жизни. После развода моих родителей мне снились похожие кошмары об их отъезде.
Однако это первый раз, когда все выливается одновременно.
— Кошмары обычно являются проявлением твоего подсознания.
Пальцы Коула все еще запутаны в моих волосах, и я бы замурлыкала, как котёнок, если бы не хотела ударить его прямо сейчас.
— Да, и моё подсознание, как и моё сознание, ненавидит тебя.
Этот кошмар был симптомом моей вины за то, чему я позволила случиться с Коулом. Извращённое удовольствие, которое я получила от этого.
Это все из-за него и его проклятого существования я выхожу из-под контроля.
— Я не знал, что ты упадёшь в обморок. — Спокойно говорит он.
— Как будто тебя это волнует? — На этот раз я действительно отстраняюсь от него, устанавливая столь необходимую дистанцию между нами. — Твоя единственная цель — получить то, что ты хочешь. Что, если я упаду в обморок, или умру, или меня собьёт долбаный автобус? Всё это будет просто частью твоих дурацких игр.
— Это неправда.
— Неправда? Дай мне передохнуть, Коул. Ты делаешь это со мной только для того, чтобы доказать, что можешь, быть победителем, как обычно, видеть, как я разбиваюсь и проигрываю.
Он переплетает наши пальцы и кладёт их себе на живот, наблюдая за мной с непроницаемым выражением лица.
— Это то, о чём ты думаешь?
— Это то, что есть на самом деле.
— Это не так.
— Ты хочешь сказать, что сделал бы всю эту чушь, если бы не чувствовал угрозы со стороны Эйдена?
К концу мой голос теряет силу, и я проклинаю себя за то, что эта мысль так повлияла на меня.
— Перестань упоминать его, когда мы с тобой разговариваем. — Его тон понижается. — Если это касается только нас, то это будет касаться только нас двоих.
— Ты хочешь, чтобы это касалось нас двоих? Хорошо. Вот наш разговор вдвоём… Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое, чёрт возьми.
— Видишь ли, у тебя проблема, Сильвер.
— Проблема?
— Ты лгунья, и ты отрицаешь это. Ты можешь лгать себе сколько угодно, но ты не можешь лгать мне.















