Безжалостная Империя

Её светло-каштановые волосы собраны в аккуратный пучок, который подчёркивает её мягкие скулы и увеличивает размер её карих глаз.

Хелен — автор бестселлеров о криминальных триллерах, поэтому она обычно не наряжается дома. Она делает это только тогда, когда ей необходимо встретиться со своим агентом, ну или что-то в этом роде.

Я подкрадываюсь к ней сзади и закрываю ей обзор руками.

— Угадай кто?

Она мурлыкает.

— Красивая девочка с детскими голубыми глазками и самыми блестящими золотистыми волосами, которая носит розовое?

Я смеюсь, убирая руку.

— Школьная форма, Хелен. Цвета запрещены, но, эй, мои часы розовые.

Она оборачивается и обнимает меня. От неё пахнет клубникой и весной. Если бы мне пришлось выбирать, что именно я люблю в Хелен больше всего, это, без всяких сомнений, было бы то, как она обнимается. Она будто поглощает тебя и насыщает своим теплом.

Папочка редко обнимает меня тех пор, как мама сказала ему, что из-за него я останусь маленькой девочкой. Мама тоже редко это делает, так что Хелен, по сути, мой единственный источник.

Она отстраняется.

— Ты готова к выпечке?

— Разве у тебя не было сжатых сроков?

— Я закончила раньше. Так что мы испечём все торты.

— Все?

Она кивает.

— Мы можем сделать торт «Сникерс»?

— Ты и этот шоколад. — Она подавляет тихий смешок. — Да, мы можем это сделать.

— Да! Ты лучшая. — Я целую её в щёку, и она снова смеётся.

Мы с Хелен приступаем к работе, и, как всегда, я её су-шеф. У неё есть свой способ смешивать ингредиенты, который поможет ей стать шеф-поваром, если она когда-нибудь подумает о смене карьеры.

— Ты прекрасно выглядишь, Хелен, — говорю я ей, пока мы смешиваем яйца с маслом.

У неё появляется тёплая улыбка.

— Да?

— Конечно да. Если ты пойдёшь туда, то вернёшься с десятью мужчинами.

— Сильвер! Где ты слышала такие вещи, милая?

— Девочки в школе.

— Вау. Дети в наши дни просто непредсказуемы.

— Я серьёзно, Хелен. Ты всё ещё молода и красива. О, и богата. Мама говорит, что это самое главное.

Глаза Хелен опустились вниз.

— Не во всех случаях, дорогая.

С тех пор, как шесть лет назад умер её муж, Хелен посвятила свою жизнь сыну-придурку и своей работе. Она стала автором бестселлеров и сделала себе имя, но я чувствую, как она одинока.

Как папочка.

Ох. Как папочка.

В голову закрадывается озорная идея. Я могу сказать папе, чтобы он заехал за мной пораньше, а потом притвориться спящей, чтобы он мог провести немного времени с Хелен.

Некоторое время назад я бросила попытки наладить отношения между ним и мамой. Всё, что они делают, это ссорятся, так что, может быть, для них обоих будет лучше встретиться с другими людьми.

Я начинаю действовать ещё до того, как успеваю подумать об этом. Я пишу папе, а когда он не отвечает, пишу Дереку, чтобы он передал папе сообщение.