Болевой порог

– Дима… Я еще не закончила…

Он дернул меня на себя и усадил сверху так, что мою промежность и его твердый пах разделяли только два слоя тонкой ткани. Мои трусики и его боксеры.

– Поторопись, если не хочешь, чтобы я тебя оттрахал прямо здесь на столе.

Если честно, мне было уже все равно, где это произойдет, потому что по моему телу уже неслись мощные разряды, а внизу живота начался настоящий потоп.

Я собрала кровь с его лица на тампон, осторожно обработала разбитую бровь. И невольно замерла. Он был так близко. Всего в паре сантиметров от меня. У меня губы закололо от желания поцеловать его. Узнать, каков он на вкус.

– Поцелуй, – попросил он.

Глава 48.

Я тяжело сглотнула и машинально облизала губы. У меня поехала крыша. Смотрела на его твердый рот, как на самый сладкий запретный плод. Целовать Шевца для меня гораздо более интимно, чем заниматься с ним сексом. Чем сосать его член. Это точка невозврата.

Его руки усилили давление на моих бедрах, и я поддалась соблазну. Наклонилась и коснулась губами его рта. Едва ощутимо. Почти невесомо. Легонько лизнула его языком, просто, чтоб узнать его вкус.

Вкусно… я знала, что мне понравится.

– Ведьма… – рыкнул он, впиваясь в мой рот.

Его язык нагло протолкнулся между зубов. И одновременно с этим рука сжала мой затылок. Я обвила руками его шею и отдалась во власть поцелуя. Нашего первого поцелуя.

А целовал он мастерски. Смачно. Жадно ласкал мой рот изнутри, посасывал губы, жалил языком в такт движениям своих бедер подо мной. Мне же оставалось только елозить мокрыми трусиками по его вздыбленному члену и глухо стонать в рот.

В низу живота полыхал пожар. Половые губы набухли и жалобно ныли, требуя к себе немедленного внимания. Мне срочно нужно было почувствовать его внутри себя.

– Дима… – захныкала я и спустила руку вниз, к месту соединения наших тел.

– Подожди, – он поднялся на ноги вместе со мной, – держись крепче.

– Твой бок…

Дима не дал мне договорить, заткнул поцелуем. Оторвался. Понес меня к лестнице. Остановился на середине пути. Прижал спиной к стене, обрушился губами на шею, прикусил мочку уха, вырвав мой приглушенный вскрик.

Он нес меня дальше, пока я целовала его лицо. Нос, щеки, лоб, рассеченную бровь. И взвизгнула от неожиданности, когда Дима свалил меня на кровать. Быстро оглядевшись, я поняла, что это не моя комната. Он принес меня к себе.

Времени разглядывать обстановку не было, потому что, наклонившись надо мной, Шевц в одно движение разорвал платье до самого подола. Вторым движением сорвал с меня трусики.

Развел колени в стороны и, проделав спешную дорожку из поцелуев по внутренней стороне бедра, приблизил лицо прямо туда…

Туда… Лицом прямо к моему естеству… Меня накрыло волной ужаса.