Боюсь тебя любить

Потому что так мало времени. Его так мало, а мне так хочется почувствовать Ванькины губы.

Грубые мужские пальцы зарываются в волосы. Голова моментально покрывается мурашками, и они быстро рассредоточиваются вдоль позвоночника.

Много-много хаотичных поцелуев и прикосновений. Покрасневшие щеки и сбившееся дыхание.

– Ты позвонишь? – шепчу, отрываясь лишь на миг.

– Позвоню. Ответишь?

– Отвечу, – прилипаю губами к его щеке, чувствуя внушительный захват и давление на пояснице.

Токман обнимает меня настолько сильно – еще немного, и раздавит.

Смеюсь, обхватывая ладонями его лицо.

Ваня снова косится на часы и выпрямляется. Поднимается с места, утягивая меня за собой. Я практически вишу на его шее.

Он одергивает края кителя и поправляет рукава сразу, как только я от него отлепляюсь.

– Стой, – роняю из рук шапку, которую хотела надеть, – а… когда у тебя увольнение?

– Не знаю. Но постараюсь, чтобы скоро.

Поднимает мою шапочку.

– Не теряй.

– Хорошо.

Ваня уходит. Взмахиваю рукой ему вслед и медленно плетусь на выход. Когда слышу приближающиеся шаги, оборачиваюсь.

Токман резко подхватывает меня на руки, приподымает над полом и целует. Искорки удовольствия в моих глазах разлетаются на тысячи миль.

33

Иван

– …мы, короче, с Пашкой решили сгонять до студенческого городка. В прошлом увале познакомились с классными девахами, забили встречу, ты с нами? – Жека вытаскивает из только что купленной пачки сигарету. По привычке оглядывается по сторонам, потому что на территории академии курение строго запрещено.

– У меня другие планы.

– Что? Твоя звонилка тебя отморозила окончательно?"

"– Рот прикрой. Как говорит капитан Рязанцев, откроешь, когда я скажу.

– Пах, вот скажи, что все эти отношения ему не к лицу. Злой он какой-то стал.

– Евгений, а не зависть ли в вас говорит? – Паша ржет, и мы втроем спускаемся в метро.

Башечкин тем временем что-то бурчит себе под нос.

По пути к Татке забегаю в цветочный ларек и покупаю букет тюльпанов.

Вообще, ее появление в академии ошарашило по полной. Не думал, что она решится на подобное. Снова ошибся, не угадал. Татка та еще загадка, и, что происходит в ее голове, понять достаточно сложно.

Правда, несмотря на всю свою злость, желание дать ей прочувствовать все то, что испытывал я сам в течение этих двух недель, пропало сразу, как только ее увидел.

Меня больше заботило то, что она здесь. Рядом. Стоит, хлопает глазами. Еще немного – и разревется.

Женские слезы – это отдельная тема для написания диссертации. Женские слезы и то, как на них реагируют мужчины. Я, к счастью, на это не раздражаюсь. Порыдала и порыдала. Добрее будет.

После этой пятнадцатиминутной встречи все словно закрутилось сначала. Каждодневные звонки по вечерам, разговоры до поздней ночи.