«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

Башня дальнобойной «пятидюймовки» осветилась вспышкой разрыва, там тоже начался пожар.

– Ладно, пошли, Павел, – надел танкошлем Чурюмов. – Цимбал неплохо дорогу расчищает.

– На нашу долю тоже хватит, – отозвался Карелин.

Самоходки двигались через многочисленные железнодорожные пути. Наступали вместе с танкистами и пехотой полковника Орлова. Здесь хорошо поработала тяжелая артиллерия, но немецкие части упорно дрались за удобное для обороны место.

Высокие металлические платформы, наполненные песком и землей, на одном из участков перегородили путь. Из укрытий вели огонь противотанковые пушки и многочисленные пулеметы. Немецкие солдаты установили свои «машингеверы» между вагонных колес и в укрытиях под платформами.

«Тридцатьчетверка», двигавшаяся впереди, удачным выстрелом угодила в 75-миллиметровую «гадюку». Длинный ствол с дульным тормозом на конце согнуло, двойной щит разорвало, как картонку.

Из амбразуры в платформе ударила вспышка гранатомета. Кумулятивная мина врезалась в рельс. В разные стороны брызнули раскаленные осколки, а огненный клубок воспламенил шпалы. Боец, лежавший неподалеку, вскочил и, шатаясь, сделал несколько шагов.

На гимнастерке отчетливо виднелись прожженные отверстия. Осколки пробили тело, каску. В одной руке солдат из танкового десанта продолжал сжимать легкий автомат «ППС», другая, перебитая, висела вдоль туловища.

– Ложись! – кричал ему товарищ."

"Но тяжелораненый его не слышал, дымилась прожженная гимнастерка, а из-под платформы быстрыми вспышками вел огонь скорострельный пулемет «МГ-42». На помощь к неподвижно застывшему десантнику бросился его товарищ.

Немецкие пулеметчики будто ждали этого. Трасса прошла навылет, а оба бойца упали лицом вниз на шпалы, по которым расползалось пламя. «Тридцатьчетверка» разворачивала ствол в сторону пулеметного расчета, но из амбразуры снова выстрелил гранатомет.

Мина пробила насквозь люк механика. Взрыв и вспышка подбросили массивную крышку люка. Из отверстия вырвался скрученный жгут пламени. Из башенных люков успели выскочить двое танкистов, но уйти от пуль сумел один. Второго догнала строчка «МГ-42», плясавшая огоньками по броне.

Машина Карелина, обойдя глубокую воронку, выстрелила фугасным снарядом в амбразуру, откуда бил гранатомет. Разорвало металл и мешки с песком. Павел наводил орудие на пулемет под платформой, но выстрелить не успел.

Алесь Хижняк с его кошачьим зрением и приобретенным за годы войны чутьем резко дал задний ход. Самоходка взревела и, едва не опрокинувшись, скатилась кормой вниз в глубокую воронку от авиабомбы. Снаряд с воем прошел над рубкой и врезался в разрыхленную землю на другом краю воронки.

Вместе с землей разлетелась на куски половинка шпалы.