Будь моей

Когда-то мне сказали, что попытка восстановить отношения похожа на починку машины. Как только появляются первые проблемы, ты едешь на СТО и тебе устраняют поломку. Это делается до тех пор, пока однажды ты не услышишь, что все. На автомобиле потенциально опасно ездить, нужно покупать новый. Наши с Лерой отношения были без мелких повреждений. Мы ничего не чинили, но первая же ссора, как серьезная авария. Ничего починить нельзя.

Эля, видимо, что-то почувствовала. Она долго работала у меня помощником бухгалтера, мы день в день находились в одном здании. Когда я, сидя с бутылкой виски, думал над покупкой билета, она зашла, чтобы что-то подписать. Подпись я поставил не глядя, отпустил ее, а она… не ушла. Остановилась у двери, обернулась, посмотрела на меня и сказала:

— Виски не выход. Ты же это знаешь?

— Не твоего ума дело.

— Не моего.

Она не ушла. Подошла ближе, попыталась забрать бутылку, но я крепко перехватил ее в воздухе.

— Какого черта?

Она выбила ее у меня из рук и предложила себя.

После второго раза я все рассказал Олегу. Она сама сказала, что это просто секс и ничего больше. Олегу я это говорил, поэтому его рассказ Лере был ни к чему.

— Я ничего такого не сказал. Упомянул, что у тебя есть женщина.

— У меня ее нет, — толкаю его к стене. — Я с твоей сестрой не разговаривал в последние месяцы, не говоря о другом. Она сказала, между нами только секс, я не давал ей обещаний. Эля знала, на что шла.

— Она моя сестра.

— Знаю, мать твою. И жалею, понял? Я не хотел, чтобы так вышло.

Я его отпускаю. Он не виноват. Сказал Лере, но его можно понять. Я правда не хотел с Элей, но она была рядом в самые трудные моменты. И она не позволила мне спиться. Олегу я звонил не всегда, а она знала, что я пью. И приходила."

"Этот разговор должен был состояться где-нибудь в баре за текилой или на кухне за бутылкой водки. Эдакая встреча друзей, один из которых признается, что по ошибки спал с сестрой другого.

— Я жалею, что сказал Лере о сестре, — говорит Олег. — Я потом подходил. Говорил, что между вами ничего нет.

— Она не поверила.

— Может, отпустишь ее? За год не переболело?

Олег единственный, кто знает все. Как-то так вышло, что в тот момент рядом оказался он, и я вывалил все ему. Не Герману, который так-то мой лучший друг, и которому я доверяю, как себе. Не Стасу, с которым мы неплохо общаемся, а именно Олегу. Он был рядом, был готов выслушать. Потом, когда мы встретились с Германом и Стасом в баре, было уже не до откровений. Молчать хотелось. И бухать.

— Я думал, что успокоился, — усмехаюсь. — Стоило ее увидеть и понял, что нихрена. Что тянет, что хочу. Не могу я ее отпустить, Олег. В лепешку расшибусь, а верну.

— Тебе виднее, — он пожимает плечами. — Но пока все выглядит так, будто вы оба мучаетесь.

— Мне легче.