Любовь против (не)любви

Она и ответила — поздравила с благополучным решением вопроса, выразила радость от того, что у них теперь приличный сосед, заверила, что пленные Дугласы содержались в хороших условиях, и что она рада их ему вернуть, пригласила в гости и поздравила с наступающими праздниками. Всё в одном.

Да, приближались праздники. Самая длинная ночь года, когда нужно погасить все огни и ждать, а потом — добыть новый огонь. Катерина спрашивала у Бранвен — а можно ли зажечь магический огонь, или нужно непременно высекать искру? Та посмеялась и сказала, что можно и магией, но руками — вернее, и пусть Роб это делает, а не кто-то там.

Так и сделали. Роб высек искру, поленья сразу же занялись — и все сочли это добрым знаком, даже отец Томас. И стали есть, пить и друг друга поздравлять.

Катерина задумалась — а что бы пожелать-то? Год назад она была нездорова и мечтала только о здоровье. И надо сказать — здоровья-то ей отсыпали щедро, не поскупились. О чём она мечтала сейчас? О спокойной жизни? О хорошем урожае? О том, чтобы получилось завершить ремонт в следующем году? О новых усовершенствованиях? О детях?

Да, наверное, теперь можно подумать о детях.

Скажем, чтоб родить по осени, ближе к зиме, или даже вовсе зимой. Уже не страшно.

И пусть у неё просто всё получится.

Часть третья. Жизнь против нежизни 39. Неладно

Гонец из Телфорд-Касла прибыл через неделю после Рождества с вестью о кончине леди Маргарет, которая случилась за два дня до праздника. На вопрос — что с ней стряслось, ответил немногословно, вроде бы простудилась, что ли, а старухи Мэг-то больше нет, и лечить зимние простуды некому.

Вот она дней пять покашляла на весь замок, а потом и отдала богу душу.

Вероятно, в здешних реалиях это означало — «ничего особенного». Люди простужаются зимой, а лечить их некому.

Но Роб подхватился и сказал — поеду, нужно проститься. Катерина его отлично понимала и в целом была с ним согласна, и поэтому ответила — хорошо, поедем."

"Под Рождество приморозило, да так до сих пор и не отпустило. Нет, по большому счёту это и не мороз вовсе, так, градусов десять с минусом — наверное, и ветра почти нет, но все местные знай, твердили — мороз-мороз.

По этому поводу Катерина затеяла усовершенствовать местные чулки — а проще говоря, сделать из них колготки. Милли оказалась большой мастерицей вязать эти самые чулки — бегать и таскать тяжести ей Катерина не позволяла, пусть лучше ходит гулять вокруг замка да готовит приданое своему младенцу, и вот чулки ещё вяжет.

Катерина объяснила идею — до какого места продолжить штанины, как сшить и какой должна быть ластовица.