Любовь против (не)любви

Отец и сын были честны — не удержались, ваше величество, и посему готовы понести от вас такое наказание, какое вы назначите. Это было опасно, потому что Бесс, с одной стороны, даже несколько радовалась тому, что приструнили дураков и смутьянов, но с другой стороны ей претили те методы, которыми Телфорды решили вопрос. Да ещё старший сын Грегори исхитрился наложить лапу на имущество покойных — через брак с единственной наследницей. И оба склонили головы и повинились — мол, да, хватили лишку, но очень уж тяжко было смотреть на раздолье для изменника, да и границу от скоттов, мол, держим не первый век, и будем держать, а тут, понимаете ли, покойные Торнхиллы несколько зарвались.

За повинными Телфордами маячил ещё и Рональд Морни, их родич, присутствовавший при штурме Торнхилла от имени своего отца и засвидетельствовавший — чрезмерного урону не чинили, убили главным образом тех, кто был замешан в предательских делах Сэмюэля и Саймона, и оказал сопротивление. Данный свидетель, в отличие от старших братьев, не отличался безупречной репутацией, вечно за ним тянулись какие-то сомнительные истории, но — всегда умудрялся выйти из воды сухим, и даже хвоста своего шакальего не намочить.

К тому моменту некоторые личные бумаги покойных уже были предъявлены королевскому совету, где не последнюю роль играл как раз герцог Персиваль Морни, отец помянутых Рональда и Ричарда, наследственный Хранитель Севера. В итоге Телфорды заплатили штраф в казну и поклялись, что земли Торнхиллов унаследует один из сыновей оставшейся в живых дочери Сэмюэля, ныне — Кэтрин Телфорд, а в случае бездетного вдовства она просто получит их обратно.

В тот момент этому условию только посмеялись — потому что уж чего-чего, а детей у Телфордов всегда рождалось много, и все выживали, поговаривали — это от того, что предок взял в жёны деву из Старших, и с тех пор им во всём удача.

Бесс даже помнила эту пару — в пору своего детства. Она сопровождала отца в поездке на Север, и лорд Телфорд принимал их в своём замке вместе со своей прекрасной леди. Им уже тогда было немало лет, каждому, но выглядели они — зрелыми людьми в расцвете сил, и Бесс как сейчас помнила своё очарование этой парой — как они держались и как смотрели друг на друга.

Больше она такой супружеской любви и не встречала за всю свою немалую жизнь."

"Может быть, благодаря этим воспоминаниям, а может быть — благодаря злости на мужчин-Торнхиллов, дураков и предателей, Бесс тогда хоть и говорила с Грегори сурово, и приговорила к штрафу в казну, но — повинную голову меч не сечёт, так ведь? Более того, вскоре она прибыла на Север сама — посмотреть своими глазами на место действия.