Человек в чужой форме

Сзади подергали за полу, девчоночий голосок спросил:

— Сергей Палыч, вы чего тут?

Он обернулся — Светка Приходько, довольная, сияющая, поедает мороженое при минус пятнадцати.

«Вымахала-то как, налилась грушей, вон какие щеки появились, прямо невеста».

— Здравствуй, Светланка. Горло заморозишь.

— Не-а, я помаленьку, — объяснила она, откусывая огромный кусок своим большим ртом, по-богатому. — Вам чего, туда, что ль, надо?

— Да вот…

— Щас скажу. — Она, махнув косой, помчалась в школу.

Акимов, смекнув, что пантомима эта означает «стой и жди», решил и в самом деле обождать и был вознагражден за терпение. Минут десяти не прошло, как по ту сторону двери зашуршали, со скрежетом сдвинулся засов, и показалась хорошо знакомая, хотя и непривычно чистая физиономия.

Яшка-Анчутка, увидев Акимова, обрадовался, но не так чтобы слишком сильно:

— О, Сергей Палыч.

— Я, — не стал противиться Акимов.

— Доброго здоровьичка, давно не виделись.

— Давненько. С тех пор как вы деру дали, с раскопок-то. Войти можно?

— А как иначе-то, — буркнул Анчутка, посторонившись и пропуская власть.

По правде говоря, на улице бы Сергей его вряд ли признал. Непросто было в этом ладном, подтянутом молодом товарище разглядеть одного из мелких негодяев, отличающихся редким умением влипать в истории, заодно заляпывая в них и окружающих. Выглаженная, подогнанная форма, ни складочки под ремнем, сияющий подворотничок, не без щегольства зачесанные волосы — практически юноша с плаката «Молодежь, принимай пост!».

— Вы что же, сыновья полка? Андрей-то тоже тут небось?

— Числимся, — буркнул Яшка.

— Как же товарищ полковник решился вас приютить, енотов вороватых?

— Сергей Палыч, только не это, — взмолился Анчутка, — не палите. Мы ж только жить начали, документы у нас, паек, валенки целые…

— Ну ежели валенки, — улыбнулся Сергей, деликатно освобождая рукав. — Ладно, ладно, не плачь, не чужие же люди. Мне-то какой резон вас разоблачать? Выгонит он вас, и вы опять тут по району пакостить.

У Яшки, судя по выражению физиономии, отлегло от сердца и печенок.

— Скажи лучше, где начальство?

В это время из ангара, вытирая руки, вышел товарищ в рабочем комбинезоне и форменной ушанке. Простецкое, открытое лицо, с небольшим прямым носом и выпуклым шишковатым лбом, ничего не выражало, кроме радушия и интереса:

— Вечер добрый. Вы к нам, товарищ?

Яшка начал было:

— Андрей Михайлович, это товарищ Акимов, старший…

— Участковый, — закончил добродушно Сергей, протягивая руку, — хотел командование ваше повидать.

Тот руку пожал, но огорчил:

— А, это я вам не скажу, где оно, командование не докладывает.