Черная ведьма желает познакомиться

Или еще лучше – разобьет голову о каблук, чтобы ему больше никогда не могли приходить идиотские идеи доводить до греха милую, интеллигентную кузину!

– Говоря «Томми», ты же имеешь в виду колдуна, того, который «исчадие ада», а не домашнего питомца? – не на шутку испугался Уильям за здоровье младшего Нортона, даже не подозревавшего о том, какие над нами сгустились тучи.

– Думаю, что ему недолго прыгать на двух ногах, – мрачно напророчила я.

– Картеру? – странным голосом уточнил собеседник.

– Исчадию ада! Уверена, что бабка Примроуз со злости обратит его в козла и на пару лет запретит расколдовывать.

– Светлая Богиня, у них еще и бабка имеется, – пробормотал тихо Брент, похоже, не догадываясь, что говорил вслух.

* * *Когда на Кросфильд опустилась ночь, а дом погрузился в глубокий сон, полные решимости, мы с колченогим женихом выбрались из его спальни. В настороженной тишине пристукивая костылем по паркету, Картер допрыгал до лестницы на первый этаж. Тут-то нас и ожидало первое препятствие в виде убегающих в темноту холла ступенек, застеленных красным ковром.

– Ладно, – вздохнул калека. – Буду держаться за перила.

– Никуда не уходи, – сдалась я. – Сейчас позову подмогу.

У меня есть подозрение, что Уильям согласился принять участие в нашей авантюре только для того, чтобы посмотреть, как черная ведьма Нортон очередной раз потерпит оглушительное фиаско.

Картера мы попытались подхватить с двух сторон, но несчастный едва не кувыркнулся головой вперед еще на верхней ступеньке. Пришлось на ходу менять планы.

– Бери его на спину! – приказала я помощнику.

Братья испуганно переглянулись.

– Ты же умеешь поднимать в воздух предметы? – с тоской глядя на лестницу, уточнил Уильям и, сам того не подозревая, выразительно потер поясницу.

– Яблоко? – вопросительно вымолвила я. Мне и самой до конца не верилось, что после полугода ежедневных тренировок ничего тяжелее яблока поднять в воздух я не смогла. К счастью, с тех пор как ведьмы отказались от полетов на метлах, курс левитации шел факультативом, и я с успехом сделала вид, что никогда на него не записывалась.

– И ничего тяжелее? – уточнил Уильям.

– Тогда нам в реку останется только похоронный венок опустить, за упокой души Картера, – нетерпеливо объяснилась я.

– Не могу поверить, что я согласился, – пробормотал Брент-старший, присаживаясь на одно колено, и буркнул брату: – Взбирайся уже.

Их неловкий спуск бочком завораживал. Братья тихо переругивались, кряхтели, один – от боли, другой – от натуги, но, как большая неповоротливая черепаха с уродливым панцирем, упорно двигались вниз.