Чистосердечное убийство

Гуров положил трубку, опустил подбородок на кулаки и стал смотреть на фото Федосеева.

«Итак, выявлена еще одна сила в этом противостоянии, — рассуждал полковник. — Бурмистров был за то, чтобы восстановить дрофиный заказник неподалеку от поселка Лыково, а также бобровый заповедник. Экологи тоже. В этом они сошлись с главой района. И что дальше?

А потом появилось ООО «Альтернатива», не желающее сносить авиационные ангары, бесполезно стоящие посреди поля. Появилась фирма «Каналстрой» и ее владелец Воропаев, которым не нужны заповедники, но тоже мешают ангары.

А еще есть нефтеперерабатывающий завод, главный инженер которого Жигаленков тоже не хочет восстановления природоохранных территорий. Над всеми этим возникла могучая тень вице-губернатора Федосеева. Данная персона вроде не против восстановления заповедных территорий, но она не желает допустить строительства коттеджей на полях. Так на чьей он стороне?»."

"«Стоп! — остановил себя Гуров, откинулся на спинку кресла и потер виски пальцами. — Не надо торопить события и выдавать желаемое за действительное. Я сейчас переписываю роли по своим догадкам, а это не есть объективно.

Реально только то обстоятельство, что посреди территории, необходимой многим игрокам, торчат два ангара. Они всем мешают, но никто не может их убрать. Почему? Вопрос не такой уж и сложный. Власти сносили целые жилые новенькие дома, как вон в соседнем Саратове, где их построили около аэропорта, а они перекрыли область действия локаторов.

Добиться соответствующего решения и снести пару пустующих ангаров несложно. Значит, у тех, кто не хочет этого допускать, есть поддержка на самом верху.

Федосеев? Он как-то связан с ангарами? С «Альтернативой»?».

Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился капитан Седов в опрятной, тщательно отутюженной форме.

— Рогозин приехал, Лев Иванович, — доложил он. — Можно идти, он ждет.

Гуров молча кивнул и быстрым шагом покинул кабинет. Рогозин был на месте и занимался сразу несколькими делами. Он подписывал какие-то бумаги и принимал доклад кого-то из подчиненных. Речь шла об устранении недостатков. Подполковник увидел Льва Ивановича, кивнул на стул у стены и пальцем постучал по циферблату наручных часов.

— Так что у нас? — спросил Рогозин и потер лицо руками.

К этому моменту все подчиненные наконец-то покинули его кабинет. Там остались только Гуров и Седов.

— Я прошу прощения, Лев Иванович. Сами видите, у меня полный завал!

— Ничего, остальную работу тоже никто не отменял, — ответил Гуров. — Дело у нас вот какое. Вы должны раздобыть Алексею хорошую видеокамеру, которая не боялась бы атмосферных осадков, была компактна и вела съемку во всех доступных диапазонах.