Чистосердечное убийство

Сознание постепенно начало возвращаться к Седову. Вместе с ним ожили и воспоминания о том, что произошло с ним.

«Они подкрались в темноте, когда я отвлекся на машину, — понял Алексей, подползая к трубе, чтобы лечь поудобнее. — Гудел ветер, и я не услышал шагов. А эти мужики меня заметили. Может, у них там приборы ночного видения? Теперь это не имеет значения. Важно, что эти люди говорили, и то, что они так агрессивно и решительно напали на меня. — Седов вспомнил, что один голос предлагал убить его, а второй возражал. — Как он сказал? И так уже вокруг много трупов? Этот тип велел дожидаться старшего… главного.

Нет, хозяина. Так он сказал».

Алексей стал осматриваться по сторонам, насколько это позволяла его поза и скованные руки.

«Стены железные из рифленых листов. Не очень все новое, пахнет ржавчиной. Пол бетонный, растрескавшийся и захламленный. Труба — это опора, которая что-то держит под потолком. А потолки-то высокие! — Алексей, превозмогая боль, посмотрел вверх и тут же со стоном уронил голову на руки. — Да, под коньком идет ряд грязных окон, через которые и пробивается свет. Забраться туда по этой трубе? Выбить стекло? А потом? Высота ангара — метров двенадцать, если не больше.

Грохнешься и костей не соберешь».

За стеной стукнула дверь, и раздался уверенный, громкий мужской голос. Слышно было плохо из-за постоянного гула, но отдельные слова и даже некоторые фразы Седов различал.

Этот человек был тут старшим, начальником для этих двоих. Судя по его словам, он приехал специально из-за ночного пленника, спрашивал, что найдено в карманах, допрашивали или нет.

Седов посмотрел на себя, прижав подбородок к груди. Потом он локтями пощупал нагрудные карманы, покатался с боку на бок.

Да, в карманах у него пусто. Телефона нет, большого складного ножа тоже. Нет сигарет и зажигалки. Пистолет он с собой не взял, потому что запретил Гуров.

А помог бы ему сейчас пистолет? Нет, оружие теперь лежало бы в соседней комнате. Эти мужики обсуждали бы принадлежность Алексея к полиции или спецслужбам.

Документов с собой Седов не взял тоже. Он прекрасно понимал, что люди, захватившие его, первым делом поинтересуются, кто он такой. Значит, будут допрашивать, возможно, начнут пытать.

Ага, этот властный голос как раз проговорил, что нужно допросить, а потом спрятать тело так, чтобы никто и никогда не нашел.

Не как в прошлый раз!

Алексей поднатужился и встал, обнимая ржавую трубу руками, скованными браслетами. Он стоял на коленях и озирался вокруг. Нужно во что бы то ни стало снять наручники. А потом он просто так им не дастся.

Что для этого нужно? Алексей стал вспоминать все, что знал о наручниках, точнее, что помнил еще со времен учебы, потому что по работе он с ними не сталкивался ни разу.