Чистосердечное убийство

Это могло означать только одно — преступник воспользовался его промедлением там, за деревом, и пустился в бегство. Но, прежде чем убедиться в этом, надо посмотреть, как там Тихонов.

Крячко вернулся к тому месту, где оставил пенсионера. К его радости, Тихонов уже не лежал, а сидел на земле. Он снял пиджак, расстегнул рубашку и внимательно рассматривал свой бок.

— Ну что, ты как? — спросил Крячко, садясь рядом.

— Болит сильно, — пожаловался Тихонов, поглаживая бок. Сейчас, когда он снял пиджак, стал виден бронежилет, надетый у него под рубашкой. Вчера Гуров привез из Киржача три таких жилета. Один предназначался Тихонову, другой Труеву, еще один он приберег для себя, но в последний момент так его и не надел.

— Не знал, что так болеть будет, — поморщился пенсионер. — Словно палкой со всей силы шарахнули. Я думал, вообще ничего не почувствую.

— Прямой выстрел из карабина, причем с довольно близкого расстояния, трудно не почувствовать, — заметил Крячко. — А как вообще? Голова не кружится? Идти можешь?

— Голова… голова как-то странно себя ведет. Словно я долго спал, а теперь проснулся. Это, наверное, после гипноза.

— Да не было никакого гипноза, сколько тебе можно говорить! — взорвался Крячко. — Я такой же гипнотизер, как ты — Финист Ясный Сокол!

— Говорите что хотите, только гипноз все же был, — упрямо заявил Тихонов. — Я от него словно в транс какой впал и на самом деле все вспомнил.

— Да, ведь ты собирался сказать, кого в тот день увидел! — встрепенулась Стас. — Только не успел — он как раз выстрелил. Так кого ты видел?

— А разве я не сказал? — удивился Тихонов. — Соседа нашего, Дениса Линева. Лев Иванович его хорошо знает, они вместе рыбу ловили.

— Понятно… — протянул Крячко. — Ну, мне это имя ни о чем не говорит, но Гуров, я думаю, твое сообщение оценит. Ладно, побегу преступника ловить.

— А мне что делать? — обеспокоенно спросил Тихонов. — Домой-то можно идти? А то я там уже два дня не живу, как погорелец какой.

— Лучше тебе здесь побыть. Гуров, когда мне звонил, именно такой совет дал, потому что он не знает, сколько у этого «призрака» сообщников. Вдруг кто-то тебя выследит? Так что лучше ты тут еще побудь. Спрячься хотя бы вон в те кусты, откуда он стрелял, и сиди. А когда все кончится, мы с Гуровым за тобой придем. Идет?

— Ладно, посижу еще, — согласился Тихонов.

— Тогда у меня к тебе одна просьба будет, — сказал Крячко. — Плечо мне сможешь перевязать? А то крови много уходит.

— Я никогда этого не делал, но попробую, — кивнул пенсионер.

Станислав снял пиджак, выпростал из брюк рубашку. Хотел сам оторвать от нее лоскут, но не получилось — от боли едва сознание не потерял. Вместо него лоскут оторвал Тихонов. Затем, следуя указаниям полковника, наложил ему на плечо повязку и туго ее перевязал.