Чистосердечное убийство

Если бы попал чуть ниже — все, хана мне, а так — даже сознания не потерял. Хотя сейчас все в голове мутиться начинает.

— Давай-ка я посмотрю, что там у тебя, — сказал Гуров, садясь рядом с другом на корточки.

Он достал нож, разрезал на Труеве рубашку и осмотрел рану. Она ему не понравилась: на спине не было выходного отверстия, значит, пуля осталась в теле. Требовалась срочная операция. Но пока что надо было хотя бы остановить кровь. Гуров разорвал свою рубашку, разрезал полученный кусок на полосы, перевязал рану Труева, после чего спросил:

— Ну что, идти можешь?

— Если поможешь встать, я попробую, — скривившись, ответил криминалист.

Гуров наклонился, чтобы он смог обнять его за шею, и поднял его на ноги. Так, держась за него, Труев и добрел до опушки леса, где к ним прибавилось новое лицо: рядом с Семеновым стоял его подчиненный, сержант Куликов.

— Ага, тебя Крячко, наверное, прислал? — догадался Лев.

— Да, товарищ полковник сказал, чтобы я бежал сломя голову, — сказал Куликов. — Я действительно спешил, но товарищ лейтенант объяснил, что я все равно опоздал, все уже закончилось…

— Ничего, и для тебя дело найдется, — улыбнулся Гуров. — Давайте поднимайте вдвоем этого яхтсмена и ведите его в поселок. А я Глеба поведу.

Обратный путь до поселка занял у них почти час. Он мог бы растянуться на еще большее время, если бы не Крячко. Увидев медленно бредущую по лугу процессию, он сел за руль «семерки» и поехал прямо к ним. К тому моменту, когда они добрались до коттеджа Линева, туда подъехала и вызванная Семеновым «Скорая», а также еще одна полицейская машина с двумя рядовыми. Спустя несколько минут двое раненых были погружены в машину «Скорой» (причем рядом с Линевым, кроме медсестры, сидел и Стас Крячко), Ольгу Шаталову усадили на заднее сиденье одной из «семерок», и вся процессия направилась в Киржач.

Гуров проводил их взглядом, затем зашел в опустевший коттедж Линева и поискал там ключи. Они, как и документы, нашлись в готовой к отъезду машине банкира, которая так и осталась стоять во дворе. Он запер машину, запер дом, а затем и калитку и положил ключи себе в карман. Полноценный обыск дома убийцы должен был произвести лейтенант на следующий день. После этого он уже собрался было идти домой, то есть в дом Глеба Труева, и слегка передохнуть, но вдруг вспомнил про Тихонова.

— А ведь наш друг Егор Демьянович, наверное, до сих пор сидит в той самой сосновой роще! — воскликнул он. — И ничего не знает! Надо его оттуда вызволять, — и направился в рощу.

Действительно, Тихонов сидел на том самом месте, где его оставил Крячко.

— Ну, все, Егор Демьянович, пойдемте! — сказал ему Гуров. — Кончилась ваша вахта человека под гипнозом.

— Это хорошо, что кончилась! — обрадовался пенсионер. — А то я уже устал тут сидеть.