Что в имени тебе моем...

— Привет тебе, принц Дагон, — церемонный поклон.

— Издевается, гад ползучий, — подумал Дагон, и ответил таким же церемонным поклоном, — Приветствую, мастер Михель.

— Готовы к вечернему развлечению?

Дагон промолчал, только глаза вспыхнули, да дыхание стало тяжелым. Михель наблюдал за ним и упивался его страданием, но можно дожать темного еще:

— Вчера я видел Янсиль, — зашептал он.

— Что? Как…? — вскинулся темный.

— Оооо, не надо шуметь. Эления видела ее.

— Угу, — промычал Дагон, понимая что имел в виду злой и холодея при мысли о том, насколько девочка уязвима и беспомощна перед кознями злого.

— Знаешь, она сказала, что умрет, но не выйдет за тебя замуж.

Дагон, конечно, почувствовал болезненный укол в сердце, но все равно, в этот момент его гораздо больше занимал Лей. А потому он снова начал разговор о том, чтобы спасти светлого. Михель притворился разозленным, пусть темный мальчишка помучается:

— Я сказал нет! Я хочу увидеть, как покатится его голова.

Темный закрыл глаза, Боже, это видение и так преследовало его полночи.

Рассчитывать было не на кого, только на свои силы, да еще злой будет всячески препятствовать… Вот когда темный выучился скрывать свои мысли и лицемерить. Он принял равнодушный вид и проговорил:

— Что ж, посмотрим.

Злой пристально взглянул на него, однако тот был непроницаем.

— А ты растешь, мальчик. Мы с тобой будем творить великие дела, — и похлопал его по плечу.

Дагон чуть не сорвался, но все же смог взять себя в руки и криво улыбнуться в ответ. А сам твердил про себя:

— Никогда больше! Никогда! Никогда!

Михель счел, что достаточно подпитался чувствами темного и пошел слоняться по дворцу дальше, а Дагон метнулся на воздух. Ему надо было отдышаться. Но вид строящегося в центре дворцового двора эшафота чуть не добил его окончательно.

* * *Янсиль с утра упросила Фицко пойти послушать, что говорят во дворце. Когда тот на ее глазах превратился в тощего пестрого кота, принцесса присела на диванчик и задохнулась от хохота.

— И что смешного? — спросил кот человеческим голосом.

— Уффф! Ничего, — проговорила сквозь смех девушка, — Просто не представляла себе, что можно, будучи котом, так походить на человека!

— Вот еще, Когда я жил на кухне в царском дворце Фивера, никто меня с человеком не путал!

— Они просто не замечали, какой у тебя умный вид!

— Да… Что ты говоришь… — кот расцвел несмелой улыбкой.

Но тут Стор почувствовал себя незаслуженно обойденным любовью и лаской, и тоже решил порадовать принцессу превращением. На диване вместо него вдруг возникла огромная серо-бурая бородавчатая жаба. Жаба проквакала:

— А я обычно принимал этот образ, когда жил под дворцовой башней.