Чувства наизнанку

А в конце учебы Танька вообще с другим начала встречаться…м-м-м, блин, забыла, как его фамилия, но звали, кажется, парня Стас. Все считали, что именно поэтому Хан на выпускном нажрался, как свинья, и даже драку затеял, а потом эпично свалил в закат.

— Санта-мать-ее-Барбара…

— Не то слово. А ты чего этой темой озаботилась?

— Слушай, у меня тут вторая линия, не могу не ответить. Давай я тебе минут через пять перезвоню и доболтаем, ага?

— Лады…

И я скинула звонок, а потом пришла в слепую неконтролируемую ярость. Я крушила комнату, разбивая косметику о стены, разрывая дорогие дизайнерские шмотки и рыдая в голос.

От страха!

Потому что боялась, что я катастрофически быстро теряю своего мужчину. А потом, уже в ближайшую нашу встречу, я не сдержалась и задала Марку вопрос в лоб:

— У тебя кто-то появился?

— С чего ты взяла?

— Просто ты стал каким-то отстраненным, — медленно приподняла я подол платья так, чтобы он мог увидеть малюсенькие белые стринги под ним.

— Много работы. Я устал.

— М-м, давай тебя расслабим, — и я одним движением через голову сняла с себя одежду.

— Давай, — хмыкнул Марк, но былого энтузиазма я в нем уже не замечала.

А потом он снова, как делал это уже почти месяц, просто загнул меня раком и отымел.

Тогда я еще не замечала, как вопила сирена в моей голове. Это сейчас я все прекрасно понимаю, но в то время еще верила, что все образуется. Хотя уже знала, что рано или поздно, но я солью Сажину. Причем так жестко, что она с моим Марком не сможет увидеться, как минимум, никогда.

Просто надо было подготовиться. Вдумчиво. Так, чтобы комар носа не подточил.

— По отпуску ничего не изменилось? Летим вместе?

— Угу…

Вот и весь разговор.

И я так ждала это время наедине с ним, вот только Марк, приехав в аэропорт за пять минут до конца регистрации, вдруг огорошил меня, что на Лазурный Берег я лечу одна. У него, видите ли, появились срочные и совершенно неотложные дела, которые вот прям никак нельзя проигнорировать.

— Я прилечу чуть позже, — обещал он мне, — может быть даже уже завтра.

И кормил завтраками каждый божий день, пока однажды я окончательно не психанула. Я звонила ему весь вечер и все утро, а когда наконец-то он взял трубку, то заявил мне, что нам нужно серьезно поговорить. Но только тогда, когда я вернусь."

"— Сейчас! — вопила я в трубку, не в силах сдержать свое бешенство и ослепляющую ревность.

— Это не тот разговор, который ведут по телефону, Лиана.

— Мне насрать! Говори сейчас!

— Успокойся.

— Где ты? С кем ты? Ты с другой женщиной, да? Я убью ее, а тебе яйца оторву, если это так! Ты слышишь меня, Хан?

— Прилетишь и поговорим…

И скинул. Просто, мать его, скинул звонок. Я бы звонила снова и снова, еще и еще. И так миллионы раз, пока бы он мне не ответил.