Чувства наизнанку

Еще немного и парень засвистит, как вскипевший чайник.

— Стас, тебе стоит поговорить с ним. Действительно стоит.

— А-а, а я думал, что мне действительно стоит разбить ему его симпатичное личико.

— Стас, я пришел сюда не для того, чтобы драться с тобой. Я пришел, чтобы вернуть Таню, — но на мои слова Гордеев только саркастически хмыкает, а потом задает мне вопрос в лоб.

— Хорошо считаешь? Сколько будет тридцать два минус тридцать, Маркуша? — и показательно хрустит костяшками, разминая кулаки.

— Стас! — с опаской косится на своего парня Аринка.

— Два. Так уж и быть, Хан, оставлю тебе парочку зубов, чтобы весело и задорно шамкать! Надо было сделать это еще в школе, глядишь, был бы толк.

— Может поговорим для начала, святой Станислав? — предлагаю я, хотя внутренне уже давно приготовился к драке.

— Вот нафига ты дерзишь, Хан? — гневается Толмацкая и тут же вскрикивает, когда Гордеев в два шага сокращает между нами расстояние и прицельно бьет меня по лицу.

Мощно.

Но я не сопротивляюсь. Этот удар я заслужил, главное, чтобы по итогу он сказал мне, где искать Таню. Остальное мне до звезды!

После первого удара хватает меня за грудки, поднимая со стула, и опять пытается ударить, но я ставлю блок и отвожу голову в сторону. Вот только Гордеев настроен решительно и херачит меня снова. Между ударами пытаюсь достучаться до него, правда получается какая-то чушь собачья, заглушаемая вскриками Толмацкой. Она наивно пытается свернуть наше рандеву в мирное русло.

— Стас, погоди, там у него бывшая с прибабахом! Стас! Выслушай его!

— Я на ее месте тоже был бы с прибабахом, Ариша. Этот гнойный прыщ уже поведал тебе, что он с ней сделал, м-м?

Что он имеет в виду?

И снова попытка удара, которая заканчивается моим блоком, а потом еще одна, но эта успешно уже реализуется, разбивая мне губу. Чувствую металлический привкус крови. Зверею.

Да какого, собственно хрена?

— Нарисовался — не сотрешь. Че, вкурил за ее непричастность, теперь пригорело? И тебе, гандон штопаный, понадобилось три недели, чтобы дойти до этой простой истины?

Очередной замах в сторону моего лица и меня прорывает. Обманный выпад, а затем делаю подсечку и скрутку, переходя к удушающему. Теряем равновесие. Оба падаем на пол. Гордеев успевает сгруппироваться и выкрутиться. Теперь мы с ним с успехом двух придурковатых баранов пытаемся друг друга придушить к чертовой бабушке.

— Я косяк, но не предатель, — хриплю, выталкивая из себя слова.

В глазах темнеет.

— Басни Крылова…

В мозгах взрываются гранаты.

Бам! Бам! Бам!

— Да пошел ты на хуй! Сам ее найду!

Отпихиваю от себя Гордеева и с кряхтением пытаюсь встать на ноги. Голова кружится. Гребаный бугай — удар поставлен мастерски. Силищи не занимать.