Дело чести
Антон Иванов бывший офицер спецназа, потеряв на чеченской воине жену и друзей не намерен прощать убийц. Месть становится для него делом чести. Теперь он — Сыч, легендарный командир отчаянных головорезов. За два миллиона баксов он берется уничтожить группировку непримиримого полевого командира. «Заказ» оплачивает местный клан, желающий устранить конкурента. Но Сыч — кровник всех чеченских боевиков, и для него нет разницы между заказчиком и жертвой.
Очень может быть, что если даже такой Дудаев и существует, то ничего конкретного он и не знает, а просто потрепался из чисто чеченского бахвальства. А если даже и знает, достать его в Грозном и допросить с пристрастием — целое дело… И вообще надо сначала выбраться отсюда, а уже потом, после благополучного завершения акции, строить какие-то планы. Но, с другой стороны, я привык с максимально возможной выгодой использовать любую информацию. А потому и этой не стану пренебрегать — отложу на потом, авось пригодится…
— Через неделю свадьба у них будет, — сообщил мне на пятый день активного наблюдения Братский, — в то утро была его очередь дежурить у дырки во время кланового совещания.
— Загадками изъясняться изволите, коллега, — недовольно высказался я. — Что значит, та же свадьба, только наоборот?
— Женится старший сын Салаутдина. — Прозевавшись, Братский юркнул под одеяло, с удовольствием растягиваясь на топчане. — Сначала они прокатятся к невесте — там гульнут, а потом уж здесь. Так сказать, основное действо — принято так у них. Свадьба будет проходить в усадьбе отца, само собой… Угу… Музыка будет, очень громкая музыка.
— Свадьба, значит, — пробормотал я и мгновенно проснулся, несмотря на то, что после ночной смены намеревался давить подушку до обеда. — Свадьба…
Вот это новость так новость! Честно говоря, меня эти самые военные советы, проводимые с завидной пунктуальностью, уже на третий день пребывания в плену натолкнули на дерзкую мысль: перебить всех «основных» прямо среди бела дня.





