Дело чести

Подумаешь, какой-то кретин звонит себе откуда-то с улицы! Это уже не мои проблемы, для этого у нас есть соответствующие подразделения. Ну так вот… В общем, я вас очень попрошу, милейший мистер Вуд: я вам раскрыл информацию ограниченного доступа, чтобы только загладить недоразумение — это я по поводу столь шумного вторжения в номер, так что…

— Я все прекрасно понял, достопочтенный Эль. — Я мудро прикрыл глаза и сделал успокаивающий жест:"

"— Не стоит волноваться. Я никому ничего не скажу — обещаю. А насчет мадам Ловаль можете не волноваться.

 — Тут я глумливо подмигнул Элю и изобразил движения сильно спешащего лыжника. — Мы решим этот маленький казус, но чуть позже. Мне сначала надо немного восстановиться — сами понимаете! И вот что — одолжите-ка все-таки сто баксов, старина! Эти ваши дежурные, они нас в буквальном смысле обирают как липку — за пятидесятидолларовую блузку поменяли бутылку низкопробного коньяка! Вы куда вообще смотрите, дражайший Эль? Одолжите, я в понедельник верну…

Вот на этой оптимистической ноте мы и расстались с замзавом гостиницы «Интурист» по безопасности, стариной Элем.

Сто баксов он мне дал без единого звука, а на прощанье заговорщицки подмигнул и сообщил, что не будет сильно расстроен, если в понедельник я случайно забуду отдать долг. Это мелочи, милейший мистер Вуд. Что такое сто баксов? Мы же как-никак друзья, в конце концов! И вообще…

Выждав для верности десять минут после ухода Эля со товарищи, я вставил обратно в диктофон хитрую кассету и попросил свежевымытую Эдит прогуляться к стеклянным дверям за очередной бутылкой.

— Я есть совсем банкрот через это дело, — печально вздохнула моя красавица, рассматривая содержимое своего гардероба. — Толстый сволочь будет давать бутилка за один наряд, что стоит много денег. Так есть совсем плохо.

— Ничего, скажешь, что Эль запретил продавать спиртное по завышенной цене, — ободрил я председательшу. — И оставь в покое свой гардероб — у нас есть наличные. — Протянув Эдит сотенную купюру, я заговорщицки подмигнул ей и прошептал:

— Давай!

Распахнув дверь номера, Эдит вышла в коридор и спустя пару секунд заглянула обратно, возбужденно округлив глаза.

— Что случилось? — одними губами спросил я, напрягшись в ожидании какой-то непредсказуемой пакости. — Что там?

— Там никто нет совсем, — шепотом сообщила Эдит. — Толстый сволочь совсем гулять пошел — сразу два!

— Очень приятно, — пробормотал я, выскальзывая в коридор и фиксируя отсутствие наблюдательного поста за стеклянными дверями.