Дерзкое обольщение

 — Чувствуй себя как дома, — небрежно бросил ей Рикардо, сразу направляясь к бару. — Смешать тебе коктейль?

Дорис подумала, что к ужину наверняка тоже будет вино и вообще с этим типом надо держать ухо востро: как бы он ее не подпоил.

— Лучше минеральную, — сказала она.

— Так безопаснее? — с понимающей улыбкой спросил Рикардо.

Глаза их встретились, и Дорис с вызовом ответила:

— Ас какой стати я должна тебе доверять?

— Итак, будем держать круговую оборону, — иронически констатировал Рикардо. — Ты будешь чувствовать себя свободнее, если я дам тебе гарантии неприкосновенности?

Пожалел волк козу, усмехнулась про себя Дорис. Речь уже пошла о гарантиях. Держи ухо востро, девочка!

— Ты хочешь сказать, что мы наконец‑то можем побыть самими собой, то есть посторонними друг другу людьми? — невинно спросила она.

— Понимай это как угодно, — сухо отозвался Рикардо, и в голосе его проскользнула досада.

Дорис воспитывалась в лучших частных пансионах, где ее учили быть спокойной и воздержанной. И тем не менее в обществе Рикардо Феррери она либо бросалась в ярость, либо комплексовала, как девочка‑подросток. Вот и сейчас она абсолютно не знала о чем говорить.

— Расскажи что‑нибудь о себе, — сказал вдруг Рикардо, передавая ей бокал с водой.

— Всю историю жизни от рождения до сегодняшнего вечера? — насмешливо спросила Дорис. — Про бегство от первого мужа тоже рассказать?"

"— Твой бывший супруг мне совсем не интересен, — сухо ответил Рикардо, и глаза его зловеще блеснули. У Дорис холодок пробежал по спине. В темно‑синем костюме, в белоснежной рубашке с шелковым галстуком цвета морской волны Рикардо выглядел как процветающий коммерсант из рекламного ролика — уверенный в себе, хищно грациозный, весь преисполненный ощущения собственной силы. И весьма, весьма опасный. — Куда интересней узнать, что заставило тебя стать манекенщицей, — продолжил он.

— Случай, — беспечно пожала плечами Дорис. — Три года назад, сразу после того, как я вернулась в Австралию, мы с подругой пришли на показ мод в универсальный магазин, владелицей которого была мать другой нашей подружки. Одна из манекенщиц заболела, а у меня, как выяснилось, оказался тот же рост и размер. Не успела я опомниться, как на меня надели какой— то немыслимый наряд и вытолкнули на подиум. И я вдруг поняла, что именно для этого рождена.

— Да и гонорары, видимо, у тебя неплохие.

— Важнее, что мне эта работа нравится, — сказала Дорис. — Ну а тогда меня сразу же уговорили принять участие в показе мод, который состоялся через два дня, а там меня увидел Жискар и восторженно сообщил, что якобы я всем своим существом чувствую зрителя. Чуть позже я стала посещать частную школу манекенщиц, а остальное, как говорится, вопрос техники.