Детские странствия

Если я спал, он дергал за бечевку.

- Ишь, какой смышленый? - хвалил меня Игнашка, когда, разбуженный им, я поспешно вскакивал на ноги. - Скучно одному-то в лесу? - спрашивал он, садясь рядом со мной, и начинал ловить оводов.

Он насаживал их на сухую травинку, одного за другим, сколько могло поместиться, потом подбрасывал вверх и внимательно следил, как насаженные на травинку оводы мечутся из стороны в сторону, пока не упадут на землю или не исчезнут в воздухе.

Я перенял у Игнашки эту забаву и за лето пустил в плавание немало таких воздушных кораблей.

Вносили разнообразие в мою пастушескую жизнь и бабочки, которые в солнечную погоду разноцветными стаями кружили над водой, кое-где сохранявшейся от дождя в дорожных колеях. Поймаешь одну и долго разглядываешь ее красивые крылышки.

В лесу появляются ягоды - земляника, а вскоре и малина, и кто первый отведает их, если не пастушок!

Из деревни приходят ребята, просят показать ягодные места. Кто же знает их лучше меня!

Быстро прошло жаркое лето с комарами, оводами и слепнями; начались дожди.

Как только на небе появлялись дождевые тучи, я с ножом в руках забирался на дерево, резал ветки, а потом строил под этим же деревом шалаш и залезал в него. В дождь овцы собирались в кучу возле моего шалаша. Ягнят я затаскивал к себе, и овцы, просовывая морды в шалаш, смотрели, как я играю с ягнятами. Когда дождь кончался, я выпускал ягнят на волю, и овцы, встряхиваясь, уходили пастись.

С каждым днем становилось холоднее, а одежда была все та же. Согреться можно было только у костра. Ребята, идя в лес по грибы, завертывали ко мне, и мы пекли на костре картошку. Бывало, что заворачивали к моему костру и мужики с бабами, приезжавшие в наш лес за грибами на телегах из соседней волости. Раз с подъезжавшей телеги кто-то закричал мне:

- Что ж ты, пастух, сидишь у огня? Волк бежит к твоему стаду!

Я вскочил на ноги и увидел выбежавшего из леса волка. Схватив нож, я с криком кинулся наперерез зверю. За мной побежали проезжие мужики и бабы. Волк остановился, посмотрел на меня и повернул в лес.

- Пастуха увидел и убежал! - смеялись бабы.

Одна спросила меня:

- Неужели не испугался волка?

- А чего мне пугаться, когда у меня нож! - ответил я."

"СЧАСТЛИВАЯ ПОРА

Хлеб был сжат, поля опустели, нечего уже было бояться потравы, и овцы паслись возле деревни на жнивье. Дядя Михаила согласился присматривать за ними, и мать отпустила меня в школу.

Снова приняли меня в первое отделение, и я опять начал писать палочки.

Вместо Михаила Ильича, уехавшего в город, с нами занимался Алексей Николаевич, новый молодой учитель, человек городской, одевавшийся по-барски, носивший сатиновые и шелковые рубашки, которые он менял каждую неделю.