Детские странствия

- И откуда такие притопали?

- И оба - Васьки!

- Гляди, мужичок, а штаны в полоску.

- А у другого-то, смотри-ка, смотри - штаны сейчас с ног свалятся.

- Эй ты, снебесдрящий, подтяни портки!

- Ребята, утрите Васькам сопли!

У меня кулаки сжимались, я наскакивал и грозил:

- А ну давай?

А Потапов как ни в чем не бывало подтягивал штаны и утирал нос рукавом рубахи, будто у него действительно сопли текли, и, при этом смеясь, преспокойно говорил:

- Я и сам утру, мамки мне для этого не надо.

Деревенские ребята, вчера уже насмотревшиеся на меня в общежитии, а с Потаповым познакомившиеся еще раньше, тоже рассматривали нас, словно впервые видели, и, заискивая перед городскими, вместе с ними высмеивали наше невежество и наши деревенские привычки.

- Если на молитве завалились, какое им может быть ученье!

- Небось староверы.

- Были бы с умом - пошли в пастухи, а они - в третий класс?

- А нам что в пастухи идти! Мы с Васькой уже напастушествовались, - говорил Потапов.

- Может, и милостыню просили?

- А чего тут такого? - Он пожимал плечами. - Жрать захочешь - попросишь.

Один верзила, со светлой бляхой на поясе, долго глядел на нас, а потом покачал напомаженной головой и сказал укоризненно:

- Эх вы, Васьки, Васьки! Темная, нищая деревня, а туда же - в город учиться притопали!

- Ничего! Отец протоиерей покажет им, как в городе учиться! - сказал другой, тоже с бляхой на поясе.

И вдруг окружавшая нас толпа недоброжелателей расступилась, и к нам подошел красивый, напомаженный парень в выутюженных касторовых брюках навыпуск и в такой же черной куртке со стоячим воротником, какую мы видели на одном учителе.

Услыхав, что мы оба из деревенских пастушков, этот красавец тут же объявил всем, что никому не позволит обижать таких бедняков горемык.

Так мы неожиданно обрели покровителя, оказавшегося сыном одного из самых богатых людей в городе. Он всех учеников держал в кулаке и не упускал случая напомнить о своем богатстве.

«Мы, богатые, должны помогать бедноте», - часто говорил он нам потом.

Вскоре у нас появились и приятели.

Особенно сдружились мы с Ваней, у которого были такие светлые волосы, что выглядел он седым. На переменах, когда все выбегали в коридор, Ваня оставался в пустом классе, вынимал из парты книжку и читал ее до звонка. Каждый день у него была новая книга и всегда толстая, в переплете с кожаным корешком.

Мы с Потаповым думали, что нет на свете более дорогой вещи, чем книга в переплете, что такие книги читают только очень богатые люди. И мы решили, что Ваня тоже богач.

- У тебя, должно быть, целый шкаф книг? - спросили мы его, надеясь, что он даст нам почитать что-нибудь из своего богатства.

- Шкаф у меня будет, только бы папа разбогател, - сказал он, сразу оживившись.

- А разве твой папа не богатый? - удивились мы.