Дядя самых честных правил 2

— Тшш! — я приложил палец к губам, наклонился к Чемодуровой и перешёл на шёпот: — Мне надо вам кое-что сказать. Только вам.

Она аж вся загорелась. Резко огляделась по сторонам и махнула веером.

— Девочки отойдите, у меня важный разговор. Вон, шампанского выпейте, я разрешаю.

И посмотрела на меня яростным взглядом.

— Ну же, говорите!

— Вы умеете хранить тайны, сударыня?

— Да!

Мне показалось, что она сейчас выпрыгнет из корсета.

— Сударыня, должен вам сообщить: я тайный розенкрейцер.

— Ах!

Она так покраснела, что стало понятно — Чемодурова понятия не имеет, кто такие розенкрейцеры, и представила что-то в меру своей испорченности.

— А я сразу поняла. У вас такой магический притягательный взгляд!

— В Муром я прибыл для тайной ревизии, — загадочным голосом шепнул я. — Понимаете, по чьему приказу?

Взглядом я показал на потолок.

— Ах! Да, я понимаю!

Она так закатила глаза, будто собиралась упасть в обморок.

— Только никому, поняли?

— Да!

— И пока не завершу ревизию, не имею право заниматься личными делами. Никакими.

— Ох, как же я вас понимаю, Константин Платонович!

— Никому, обещаете?

— Да, можете на меня положиться. Ни словечка!

Не приходилось сомневаться — растреплет немедленно, как я уйду.

— А теперь я должен бежать по срочному делу. Никому, помните!

Оставив её в восторженной прострации, я бросился по следу Александры.

Глава 12 — Усатый"

"Быстрым шагом я вышел из бального зала и сбежал по парадной лестнице. Лакей возле двери смотрел на меня с удивлением и хлопал глазами.

— Где они?

— А…

— Рыжая девушка и офицер.

— Т-там. Вышли.

На ходу толкнув створку двери, я выскочил на улицу.

В шагах двадцати, чуть дальше по улице, стоял экипаж. А возле него Александра и военный.

—…Где? — в голосе рыжей прозвучало удивление.

— Здесь, недалеко. — Даже издалека было слышно, что офицер пьян.

— Что-то вы не договариваете. Зачем Константину Платоновичу было уезжать?

— Вот сами и спросите при встрече, садитесь.

— Нет, простите, я вам не верю. Это какая-то глупая шутка.

— Это ты глупая, — офицер схватил рыжую за руку. — Садись!

— Никуда я не поеду.

Девушка попыталась вырвать, но усатый расхохотался:

— Поедешь, никуда не денешься.

— Я вам не какая-нибудь…

— Такая, такая! Весь вечер мне улыбалась, глазки строила, а теперь в кусты?

— Ничего я не строила!

— Лезь внутрь! — рявкнул офицер. — А то как…

— Дам больно, — закончил я, подходя к экипажу.

Больше слов не требовалось, и я с размаху заехал ему в челюсть. Усатый хам полетел на землю, а рыжая охнула и прижалась ко мне.

— Константин Платонович! — Александра всхлипнула. — Он сказал, что вы меня зовёте. А сам! А сам!

— Тихо, девочка, всё закончилось.

— Да я! Вас! На тряпочки!

Пошатываясь, офицер вставал, хватаясь руками за экипаж.