Дядя самых честных правил 2

И отпускать в Москву на поиски денег тоже: новые долги — это рычаг давления, который могут применить неожиданные персонажи.

— Пётр, у тебя много незакрытых обязательств?

— Ммм?

— Кроме как приглядывать за Марьей Алексевной, есть ещё дела?

Бобров пожал плечами.

— Да нет в общем-то.

— Тогда переходи под мою руку.

Он удивлённо моргнул несколько раз.

— Что?

Я подался вперёд и протянул ему открытую ладонь.

— Стань моим помощником. У меня, конечно, не род Голицыных, но перспективы есть. Ты видел мои дела, знаешь, что ждать. А мне нужен человек, на которого можно положиться.

— Да я и так всегда, ты же знаешь…

— Нет, ты мне нужен целиком. Без отвлечения на чужие дела.

Закашлявшись, Бобров покачал головой.

— Костя, давай я сначала с долгами разберусь.

— Я их закрою.

— Да ты что! — он махнул рукой. — Выйдет, будто я к тебе иду ради денег.

— Прекрати, Пётр. Мы с тобой знаем, ты помогал мне, начиная с Парижа. Не за деньги, а по дружбе. Ведь так? Вот и я помогу тебе как другу.

Думал он недолго. Минута, и Бобров хлопнул ладонью о мою ладонь.

— Согласен. Ты, Костя, симпатичней Голицыных и Шереметевых вместе взятых. Буду твоим человеком.

Мы скрепили договор рукопожатием. Глядя на улыбающегося Боброва, я думал, что всё к этому и шло. Он давно уже “прописался” в Злобино и каждый раз уезжал с неудовольствием. Так что я просто закрепил существующее положение.

* * *

С бала мы вернулись далеко за полночь. Впрочем, нескольких часов сна мне хватило с лихвой. Я встал с рассветом, умылся и спустился в столовую.

Мажордом, гонявший слуг на утренней уборке, если и удивился моему появлению в такую рань, то не подал виду. Поклонился и срочно организовал для меня завтрак. Кофий, яичница, пара тостов, сыр — просто и вкусно, как раз то, что нужно проснувшемуся организму.

Только я сел за стол, как в столовую осторожно заглянула Таня.

— Доброе утро, Константин Платонович.

— Доброе. Заходи, — махнул я рукой и показал на соседний стул, — присаживайся.

Девушка смутилась, но быстренько подбежала и села рядом.

— Кофий?

Я налил чашечку и пододвинул Тане.

— Константин Платонович, это я вам должна наливать.

— Ничего, — я улыбнулся, — после твоего дебюта на балу могу и я за тобой поухаживать.

Орка потупилась, но взяла чашку и сделала глоток.

— Расскажи, как тебе бал?

— Понравилось, Константин Платонович. Сударыни такие нарядные, судари ходят надутые, как гуси. Комнаты такие красивые, люстра огроменная!

Таня поставила чашку и показала руками.

— Вот такая! И блестит, как брульянт!

Пока она говорила, я пододвинул ей тарелку с тостами. Увлечённая рассказом, орка их съела под кофе. До чего же она забавная, Танюшка, — немного наивная, но это дело наживное. Кстати, побывав в роли дворянки, хоть и бедной, она изменилась — стала увереннее в себе, раскованнее.