Дикарь

Любых магов, даже самых слабых, обучают, это София тоже знает.

И похоже, на ее языке уже вертится несколько вопросов, на которые я не хочу отвечать.

Распахнул дверь и уставился злобно.

— Свои домыслы держи при себе, ясно? — грубо отрезал я. — Иди, у меня дел полно.

София окинула меня внимательным взглядом, кивнула и действительно ушла! Я со злостью захлопнул дверь, не совсем понимая, на что именно злюсь!

Глава 18

…оказалось, что его чашка цела, а внутри лежит надкушенная половинка красного, ароматного яблока!

Через час раздался робкий стук, и за створкой обнаружилась раскрасневшаяся София.

— Что еще? — недовольно пробурчал я, косясь на корзину в ее руках.

Рыжая смущенно улыбнулась и сунула подношение мне в руки.

— Это тебе. Подожди, не перебивай! — Она набрала воздуха, как перед прыжком в воду. — Я тебе благодарна. Очень. Я не сказала сразу, но ты не думай, что… я просто растерялась. Спасибо тебе, Шерх Хенсли. Я напекла тебе лепешки с сыром и зеленью. Сыр свежий, а травки сажала Линк… Я могу готовить тебе еду, когда хочешь. И еще я могу убрать твой дом. Я хорошо убираю, правда! И починить одежду. И постирать! — София задохнулась, не сводя с меня блестящих глаз.

Снова вдохнула, встала на цыпочки, обняла мою шею. И прижалась ко рту. Лизнула раз, другой. Кошка, право слово… Я хмыкнул, но наглая рыжая воспользовалась моментом, чтобы этот странный поцелуй углубить. Ее язык несмело исследовал мой рот, я не двигался и пытался дышать. Корзина, зажатая между нами, жутко мешала, но почему-то мне не пришло в голову ее бросить. Наверное, потому что голова оказалась забита другим. Грешными образами того, что я сейчас сделаю с этой рыжей.

Но она остановилась и отодвинулась. Краснеющая, смущенная, кажется, испуганная.

— Вот, — повторила она. — Ешь. Я еще испеку.

И, взметнув свои яркие юбки, унеслась на свою половину.

Я закрыл дверь, привалился спиной к створке. Достал лепешку с начинкой. Сунул в рот. Так и стоял там, возле двери, ел, обжигаясь и постанывая от удовольствия, закрывал глаза. Сожрав все до последней крошки, выпил воды и снова открыл дверь.

* * *Губы горели от глупого поцелуя, с которым я полезла к Хенсли. И щеки горели — то ли от стыда, то ли от злости.

Он мне не ответил, даже глаза не закрыл. Я поняла это, когда распахнула свои и слишком близко увидела бесконечную тьму его радужек.

Дура! Что я делаю?

Линк спала на диване, закутанная в покрывало, и я знала, что будет спать еще несколько часов. После попытки прыгнуть с высоты ее словно покидали все силы, и малышка проваливалась в глубокий сон. Первый раз я испугалась, притащила лекаря, но тот подтвердил, что девочка просто спит.

Убрала кудряшки со щеки Линк и поднялась. Надо пройтись.