Дневник моего исчезновения

Иду в прихожую, открываю дверь, вглядываюсь в темноту. Холодный ветер треплет мне волосы. Дрожа от холода, я ищу что-нибудь подозрительное. Сначала я ничего не вижу, но потом начинаю различать что-то в сугробе прямо перед дверью.

Это след от ботинка.

Я опускаюсь на корточки и разглядываю след. Можно различить контуры рисунка на подошве.

В середине – пятиконечная звезда.

Ханне сидит за столом в кухне Берит с чашкой чая в руке. На столе подсвечник с двумя зажженными свечами.

Сегодня воскресенье, второй адвент.

Голова болит от усталости. После того как я услышала подозрительные звуки утром и обнаружила, что мой ноутбук включен, я уже не смогла заснуть. Ворочалась в кровати, пока не зазвонил будильник.

По дороге в участок я думала, рассказать ли Манфреду о том, что произошло ночью, но в свете дня это происшествие показалось мне глупым: шум, след от подошвы, который мог быть старым. Может, мне только померещилось, что кто-то прятался за деревьями. От страха перед ворами много чего может померещиться.

Я смотрю на стол.

Рядом с подсвечником лежат фотографии мертвых тел Азры и Нермины Малкоц, карта Урмберга, протокол допроса и заметки Манфреда.

Мы здесь уже больше часа. Манфред подробно рассказал о расследовании и сообщил все, что нам удалось узнать о Нермине, Азре, исчезновении Петера, медальоне, который был на шее у Ханне. Он намеренно не рассказал о Стефане Ульссоне, чтобы Ханне могла сама вспомнить без наших подсказок.

Ханне все прочитала, сделала пометки в блокноте и задала вопросы. Берит сделала второй чайник чая, выгуляла собаку и наконец уселась в соседней комнате с вязанием.

Очевидно, что Ханне не помнит ничего о расследовании. Мы с Андреасом вообще не понимаем, какая польза от попыток заставить ее вспомнить. Если, конечно, в этом была цель нашего визита. А у нас столько дел. Прокурору нужна информация для принятия решения о продлении ареста.

За окном светит бледное утреннее солнце. Тонкая розовая полоска виднеется над верхушками деревьев, на опушке леса постепенно рассеивается туман. Солнечное утро выглядит многообещающе, но я знаю, что по прогнозу завтра сильный снегопад.

Ханне откладывает в сторону очки и трет глаза. В печке потрескивают поленья.

– Ты же знаешь, что я ничего не помню? – говорит она, глядя Манфреду в глаза.

Манфред кивает и накрывает ее руку своей.

Она улыбается. Он улыбается в ответ.

Видно, что они понимают друг друга без слов.

– Что ты хочешь знать?

– Я хочу знать, один ли человек убил Нермину и Азру. И я хочу узнать, кто это.

Ханне смеется и сжимает его руку.

– Я же не ясновидящая.

– Ясновидящая, – шире улыбается Манфред.

Ханне выпускает руку Манфреда и начинает распутывать колтун в кудрявых волосах.

– Ради тебя самого, Манфред.