До того как

Притворяюсь, что наши отношения не разваливаются, что детали держатся и не расходятся с каждой минутой, пока я тяну с откровением. Не могу признаться, не могу вскрыть эту банку червей, которые нас уничтожат. Правда утянет нас на дно, иначе никак. Это истинно, как и то, что я люблю Тессу.

– Ну… дом, милый дом? – произношу в пустоту квартиры, когда риелтор наконец уходит. Я уж думал, он никогда не свалит. Тесса смеется, прикрыв губы тыльной стороной ладони, и подходит ко мне. Обнимаю ее, мысленно благодаря того, кто позволяет ей задержаться со мной еще ненадолго. Я ведь заслуживаю хоть немножечко счастья?

– Поверить не могу, что мы теперь здесь живем. Я словно во сне.

Глаза у нее светятся возбуждением, любопытством и жизнью, как не светились ни разу. Я подарил ей свободу – одним щедрым жестом. Дал прекрасное жилье, где она может быть собой и где от нее никто ничего не будет требовать. Мамаша не станет приказывать ей причесаться, а Стеф не сможет подстроить нам козни.

– Если бы мне сказали, что я буду с тобой встречаться – не то что жить под одной крышей, – месяца два назад, я бы рассмеялась или ударила того человека…

Я со смехом поглаживаю ее щеки. Они такие теплые, раскрасневшиеся.

– Ну, разве ты не милый?

Тесса кладет руки мне на бедра, а голову – на грудь. Впервые, сколько себя помню, жизнь у меня идеальна. Я совершенно не думаю о надвигающейся катастрофе.

– Какое облегчение получить наконец свой кров. Никаких больше тусовок, соседей и общих душевых, – добавляет Тесса, прижимаясь щекой к моему грохочущему сердцу. Чувствует ли она, как растет во мне паранойя?

– А еще у нас своя кровать, – спешу я спрятать тревогу за шуткой. – Надо делать покупки: посуду, к примеру, и всякое такое.

Чем больше она соберет здесь добра, тем тяжелее будет съезжать. Дьявол, я запутался в паутине собственной лжи и оплетаю сетями Тессу. Эта прекрасная девушка никогда меня не простит.

Ладно, потом разберемся. Что-нибудь да придумаю.

Тесса легонько прижимает ладонь мне ко лбу.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – улыбается она. – Ты сегодня такой отзывчивый.

За сарказм я люблю ее особенно.

Беру Тессу за руки и целую тыльную сторону ладони.

– Просто хочу, чтобы тебе все здесь нравилось. Чтобы ты чувствовала себя как дома… со мной. – Это чистая правда, у меня ведь прежде и дома-то не было. Я уже не могу без ее доставучего будильника по утрам. Я понятия не имел, что именно этого мне все время и не хватало.

– А ты? Ты чувствуешь себя как дома? – В ее голосе надежда. Робкая – Тесса боится, что я отмочу какую-нибудь грубость о нашем гнездышке. По глазам вижу: она надеется на лучшее, но готова к худшему, привыкла.

– Как ни странно, да, – честно отвечаю ей, стараясь, чтобы голос звучал как можно уверенней. Мне и правда тут нравится.