До того как

"

"– Хардин… погоди, – стонет Тесса, продолжая дразнить меня языком. – Хардин! – повторяет она, и я отстраняюсь. Губы у нее набухли, стали невыносимо розовые; глаза – дикие. – Нельзя, – говорит Тесса. Отнимает руки от моей груди, и приглушенное пламя внутри меня оборачивается льдом.

Я знал, что это ненадолго. Так, минутная слабость. Хотелось бы, чтобы минута длилась и длилась, но все когда-нибудь заканчивается. Приподнимаюсь на локтях, и Тесса скатывается в сторону.

– Прости, прости, – шепчет она хриплым голосом. Ей ни капли не жаль, нет – вон как тяжело и томно дышит, не сводит глаз с моих губ.

Мне вспоминается книга, в которой жительницы одного городка поклялись больше не извиняться перед соседями. Забавно получилось, ведь они выяснили, что в девяноста процентах случаев прощения просят, когда на них и вины-то нет. Тесса отлично вписалась бы в местное окружение.

– За что простить? – как можно спокойнее спрашиваю я, вставая с кровати и зарываясь в комод, полный черных футболок. Натянув одну, смотрю на Тессу – та краснеет при виде моих трусов.

– За то, что целовала тебя…

С чего это она извиняется? Не хотела – не целовала бы, да и я вроде никак не показывал, что я против.

– Подумаешь, поцелуй. Я постоянно с кем-то целуюсь.

Тон намеренно сохраняю нейтральный, чтобы ей не сделалось хуже. А Тесса уже обо всем сожалеет и готова броситься наутек. Если она правда побежит, придется ее догонять. Вроде наметился прогресс в игре, так что нельзя упускать достижений. Я касался ее, ласкал, чувствовал вкус ее губ, языка. Она задыхалась, желая продолжения. Я вырвался вперед по сравнению с Зедом и не могу упустить преимущество. Тесса из этой мухи такого слона раздует… Надо утешить ее, и тогда она откроется, станет доверять мне, и в следующий раз – кто знает? – получится продвинуться дальше.

Тесса смотрит в пол. Ну вот, опять. Неужто ее настолько переполняет стыд? Не нравится мне это.

Хватит ей кормить совесть, а не то мне капец, и Зед выиграет пари.

– Может, просто забудем об этом? – предлагает Тесса.

– Поверь, я тоже не хочу, чтобы об этом кто-нибудь узнал. Закроем тему.

Тесса морщится, и я уже жалею о своих словах. Паршивый из меня утешальщик.

– Смотрю, ты снова стал собой? – Взгляд Тессы становится острее.

Ни хрена она обо мне не знает. Подумаешь, пару раз со мной поругалась и теперь воображает себя экспертом по Хардину Скотту. Воображает, что лучше меня, боится, что все узнают, как мы целовались, потому что… потому что я – это я, а она – маленькая мисс Совершенство. Тут уже я не могу сдержаться.

– Не надо думать, что раз мы поцеловались – вопреки моей воли, кстати, – то между нами теперь связь.

Мои слова для нее – как удар тараном. Тесса вскакивает на ноги, в глазах у нее полыхает ярость.