Горничная для тирана

– Ой, – пытается рассмотреть, что упало.

– К черту все! Запомни, в момент близости ничего не имеет значения, кроме нас. Скинь все, что тебе мешает, и ложись на стол, – велю ей, одновременно обхватываю бедра, дергаю к себе ближе, закидывая стройные ножки себе на плечи.

Вспоминая о том, что давно не целовался, я имел в виду все губы на теле женщины. Но эту чистую, гладкую девочку хочется облизать везде, подарив ей наилучшие впечатления о первом сексе."

"Покрываю поцелуями низ ее живота, лобок, слегка прикусываю. Хочется зарычать от возбуждения, член болезненно ноет, упираясь в ширинку.

Сдерживаюсь, стискивая ее бедра.

– Что... – всхлипывает девочка. – Вы... ты делаешь, – глотает воздух, пытаясь сжать ноги.

– Дарина, не нужно меня расстраивать и обламывать нам кайф, лежи смирно, – снова шлепаю ее упругое бедро. – Разрешаю стонать, кричать, царапать столешницу и получать удовольствие. Запрещаю сопротивляться и отказывать мне.

Девочка замирает, а я снова наклоняюсь, целуясь с ее нижними губами.

Кукла стонет, а по моему телу несется обжигающая волна. Раскрываю языком складочки, облизываю, посасываю клитор. Сильно, не отпуская.

Ноги Дарины дрожат, тело прогибается, И это нереально хорошо. Это уже секс, можно кончить только от ее вкуса и бьющегося тела. Отпускаю сладкую вершинку, кружу по ней языком, уже нежно целуясь. Долго, мучительно для обоих. Девочка то вскрикивает, то стонет, кусая губы, впивается в мои руки на бёдрах, царапая их, содрогаясь в сладкой судороге.

Так быстро?

Очень чувствительная.

Нереальная.

Дрожит, пытаясь отползти, упираясь ногами в мои плечи, когда я продолжаю вылизывать ее, чувствуя языком, как сокращается в сладких судорогах.

Дёргаю ремень, расстегиваю ширинку, привстаю, стягивая брюки вниз. Резко поднимаю совершенно невменяемую девочку и сажаю на себя сверху.

Ее пьяные глаза смотрят на меня сквозь дымку удовольствия, её искусанные малиновые губы приоткрываются, выдыхая мне в лицо, а по. моей спине скатываются капельки пота от перевозбуждения. И мне уже совершенно плевать, что мы не в моей постели, я с трудом соображаю. Во мне просыпается что-то дикое, животное желание присвоить девочку себе. Чтобы была только моей.

Приподнимаю Дарину, вынуждая упереться коленями в кресло.

Втыкаюсь головкой в ее горячее, мокрое лоно и глотаю ругательства. Она такая маленькая, что боюсь разорвать. Но назад дороги нет.

Девочка приходит в себя и испуганно всхлипывает, зажмуриваясь, хватаясь за мои плечи.

Нет, так не пойдёт.

Не надо приходить в себя.

Впечатываюсь в её губы. Вспоминая, как нужно целовать, глотаю ее вздохи, прикусываю пухлые губы, одновременно обхватываю талию и резко дёргаю вниз, натягивая на себя.

Бл*ты!

Это слишком резко для нее, слишком глубоко, грубо - в общем слишком...