Сердце дракона. Том 11

Ты готов к этому?

– Готов, – кивнул Карейн.

Хафотис еще несколько раз опустил молот на клинок, а затем убрал его внутрь горна. За все это время он ни разу не сдвинулся с места, на котором стоял.

– Паразит, – он не сводил взгляда с бока карейна. – выкован из металла, выплавленного из железного дерева. Чтобы разрезать его, потребуется тот же самый материал. Я уже давно не пользуюсь железным деревом – слишком много дыма. Из Тир на Нога, если немедленно отправить гонца, его не допросишься до следующей луны.

– Где, достопочтенный Хафотис, можно еще найти железное дерево?

– Ответ на твой вопрос, сын Эбы, прост – в лесу.

Но не думаю, что ты сможешь, выйдя из моей кузни, сделать еще хотя бы два шага.

Карейн повернулся к Хаджару и извиняющее развел руками.

Что же…

Теперь Хаджар понимал, почему все сложилось так, как сложилось.

– А сразу сказать нельзя было? – процедил Хаджар.

Хафотис, внезапно, рассмеялся. И смех его был похож на шипение расплавленного металла и рычание раздувающегося горна.

– А в чем, тогда, было бы веселье, рожденный в зиме, Северный Ветер? –Хафотис, даже, молот в сторону отложил.

Глава 971

– Ты знаешь кто я, достопочтенный Хафитос? – удивился Хаджар.

– Все сидхе знают кто ты, – ответил Хафитос. Сейчас Хаджар уже знал, что сидхе – нечто вроде дворян среди фейри. Самые могущественные и видные из них. – Ты щепкой из посоха неприкаянного полукровки убил Ана’Бри, проклятую умереть дважды. Племянницу самой Мэб, королеву Ночи и Мрака, Холода и Вьюги. Но она, почему-то, не убила тебя, а сшила тебе мантию рыцаря Зимнего Двора. За всю историю четырех миров, Северный Ветер, лишь несколько смертных удостаивались такой чести.

Хаджар, который еще при разговоре с Морганом выработал стратегию подумать, прежде чем подумать, прежде чем сказать, промолчал.

Внезапно в его сознании, почему-то, пронеслась история Эрхарда –Последнего Короля эпохи Ста Королевств. Великого воина, которого боялись и уважали. Ученика самого Черного Генарала. Преданного и обреченного на вечный сон по одним легендам и смерть, по другим.

Закованный в своем гробу из черного мрамора, спрятанный под ледяными горами, он ждал часа чтобы пробудиться и начать новую войну.

Очередной символ конца света, которых в каждой религии было не счесть.

Даже в верованиях Великой Черепахи страны Островов имелось что-то подобное. Мол, когда расколется панцирь, на котором спит этот безымянный мир, поднимутся волны до самого Седьмого Неба и смоют все сущее, расколов единое на множество островов.

Вот только в том, что мир лежал на огромном панцире Хаджар сомневался, а вот Эрхард был реальной исторической личностью.

– Скажи мне, достопочтенный Хафитос, шила ли Королева Мэб мантию для Эрхарда.

Хафотис вновь засмеялся.