Дорогая, я не изменю(сь)

Она прошагала в комнату и, глядя на потолок, уткнула руки в бока.

– Вот молодец парень! За пять минут управился, – звонко хохотнула тетя Надя и махнула рукой. – Не то что твой безрукий. До сих пор не забыть, как он два часа менял колесо у машины, когда прокололи по пути на вокзал. Я ж из-за него тогда чуть на автобус не опоздала.

– Так… – Я выставила ладонь. – П-подождите… Объясните по порядку: Кто. Повесил. Люстру?

– Как там его… – пощелкала пальцами крестная. – Вадим вроде… Или нет… В..

– Влад? – воскликнула я.

– Точно же! Влад!

Крестная прыснула со смеху и села на кровать.

– Ой, умора… Я, значит, еду с вокзала, звоню тебе, звоню, ты трубку не берешь. Приезжаю – никого. Слава богу, ключи остались с того раза. Только уволокла в комнату свои сумки, как на тебе – звонок в дверь. Открываю, значит, а там красавчик стоит! Брунэт, глаза зеленые. Я ему: вы, простите, к кому? А он мне: к Полине. А я и растеклась лужицей. Думаю: ну вот же, вот! Полька наконец-то выпнула под зад своего приживалу и нормального мужика нашла. А он меня взял да швырнул с небес на землю. Говорит, я Полине обещал люстру повесить.

– Обещал, значит… – заторможенно проговорила я, поражаясь Владу.

«Ну надо же, все равно приехал. Даже несмотря на то, что ничего не ответила…»

– Мы с ним давай рыться в Геркиных инструментах, – продолжила крестная. – А в его ящике только два болта да ржавая отвертка, которой он по утрам мозги себе подкручивает. Ну что делать? Владюша сбегал в машину, принес чемоданчик, затем прошло каких-то пять минут – и люстра на потолке. Вот так-то! – цокнула языком крестная. – Не перевелись еще мужики, которые умеют молотком стучать.

– Ну, Гера тоже может молотком сту…

– Ага, может! – прикрикнула крестная. – Разве что по крышке твоего гроба постучит. С таким гов… Герой и в могилу недолго.

– Теть Надь, а Гера тоже видел Влада?

– Мне жаль… но нет. Разминулись, – вздохнула она и развела руками. – А Герке не помешало б взять урок у мастеровитого парня. Научил бы, как с отверткой управляться.

– А Гера приезжал до или после Влада?

– После.

– И даже не спросил, кто повесил люстру?

– Ах, я тебя умоляю, – закатила глаза тетя Надя. – Твой лис, кроме своего отражения в зеркале, ничего не замечает. Ходил тут, ядом прыскал, что ты не те рубашки ему выгладила. Распетушился-то, распетушился! Теперь Петровича нет, так ему не перед кем выслуживаться, чтобы директорское кресло занять. А раньше помнишь, как лебезил перед тестем? Распинался как кандидат в депутаты перед выборами. «Я Полечку люблю, в обиду не дам!» Тьфу на него! – брезгливо сплюнула крестная.

– Ладно, теть Надь, идемте уже обедать, – улыбнулась я и протянула этой ворчунье руку.

– Он там хоть справляется в автосалоне-то? – сев за стол, спросила крестная.