Два дня
Известие о том, что где-то рядом затаился убийца, способно потрясти любую общину – и большую, и маленькую. Но когда этот убийца – один из хорошо знакомых вам людей… тот, кому вы доверяли обучение своих сыновей и дочерей, тот, чье улыбчивое лицо видели во всех книжных лавках городка, тот, чьим успехом гордились и кому тихо завидовали…Почему Томас Хьюстон зарезал собственных детей и красавицу жену? Что вынудило его совершить это?Расследованием занимается опытный профессионал Райан Демарко. Может ли он признаться коллегам, что прочитал все романы Хьюстона, а их первые издания с автографами автора стоят аккуратным рядком в его стенном шкафу? Должен ли он рассказать им о трех своих ланчах с Томасом Хьюстоном? О нараставшей симпатии и восхищении, которые Демарко испытывал к этому человеку, и о надежде на то, что он наконец-то – впервые за многие годы – обрел в нем настоящего друга?
Глава 65
Демарко мог связаться с исправительной колонией по телефону, но тогда бы он лишился повода не ехать домой. Дом был серый, как небо, и пахло в нем затхлостью могилы. Получасовая поездка до Албиона обеспечила сержанту не только ощущение движения, некоего прогресса, но и время для осмысления новой информации. Намек Нейтана на поэта мог завести его в тупик, но Демарко почему-то был уверен в обратном. Смутное беспокойство, терзавшее его со смерти Хьюстона, теперь угасло; бесформенные мысли, бродившие в его мозгу, перестали давить на черепушку. Сержанту вдруг сделалось очень легко. День стал казаться светлее, а воздух свежее. Что-то изменилось от откровений Бриссена. Туман недопонимания начал рассеиваться.
Демарко надеялся, что его примет сам начальник колонии Вудз, с округлым лицом и крепким, мускулистым телом ищейки. Но Вудз взял отгул. И сержанта встретил его новый зам – некрупный человек среднего роста по имени Галлагер. Демарко он напомнил роботизированного чихуахуа – все его движения были быстры и точно выверены, но каждому из них предшествовало пятисекундное оцепенение, во время которого его мозг переводил все внешние импульсы в бинарный код. Но просьба Демарко ничем не отличалась от обычного канцелярского дела и не требовала южноафриканского темперамента кунхаунда. Присев возле фикуса в горшке, Демарко наблюдал, как Галлагер ищет нужные ему сведения в компьютере.
– По информации, имеющейся у нас на сегодняшний день, – заговорил наконец Галлагер, – Дентон вел двухнедельные курсы стихосложения пять раз, в июне и январе. И опять стоит у нас в графике в начале января.
– А списки заключенных, посещавших его занятия, у вас есть? – поинтересовался Демарко.
Галлагер снова уставился в компьютер, прокручивая страницу вниз.
– Карла Инмана в них не значится. Этот заключенный не посещал занятия Дентона.
– Никогда? Он не ходил ни на один из пяти курсов?
– Совершенно верно, – подтвердил Галлагер.
Демарко откинулся на спинку кресла. И отстранился от фикусового листа, щекотавшего ему ухо.
– А вы часом не знаете, не имел ли профессор Дентон иных контактов с заключенными? Возможностей для личных встреч?
– Это маловероятно, – отозвался Галлагер. – На каждом занятии всегда присутствуют два охранника. А количество человек в группе обычно колеблется от семи до двенадцати. Не больше.
– А записи о посещении заключенных тоже заносятся в компьютер?
– Да, сэр, конечно.
– Вы не посмотрите, Дентон не подавал когда-либо заявку о разрешении на посещение Инмана?
– За последние два года – подойдет?
– Просто замечательно.
И снова Демарко пришлось ждать. «А дома Галлагер все делает так же механически? – подумал сержант.














